Черная книжка

Такого рода записи фигурировали на многих и многих страницах. Никаких имен — только коды.

Однако, просмотрев около сорока страниц, Пэтти обнаружила ключ ко всей этой зашифрованной информации. Каждый номер символизировал ту или иную проститутку. У каждой указывалось только ее имя и первая буква фамилии. Под номером 14 фигурировала девушка, которую звали Эйва Дж., под номером 21 — Марни Б. В общей сложности упоминалось более пятидесяти проституток (Криста К., Кортни Дж., Лиэнн Л.), которые работали в особняке-борделе в последние три года.

Каждая буква символизировала клиента, причем обозначались только фамилии. Когда все буквы были заняты, начали писать по две одинаковые, затем — по три.

Пэтти нашла архиепископа Фелана под буквой «K» — что означало, что он был одним из самых давних клиентов. Под буквами «RR» фигурировал Делани — теперь уже опозоренный бывший мэр Фрэнсис Делани.

Кодом «YY» обозначался Тедеско, и это был не кто иной, как конгрессмен Джон Тедеско — человек, который совсем недавно, можно сказать, отдал ключи от кабинета мэра начальнице Эми — Маргарет Олсон.

Пэтти просмотрела список клиентов. Некоторые уже были разоблачены при помощи фотографий, опубликованных Ким Бинс. Тех, чье грязное белье еще не вытащили на свет, оставалось довольно много — около ста человек.

Пэтти дошла до последней из фамилий и остановилась. Сейчас она находилась на сороковой странице, а всего страниц было сорок две. Ей оставалось прочесть еще две страницы. Она не знала точно, что же там будет — на последних двух страницах, но догадывалась.

Пэтти вздохнула и перешла к следующей странице. В самом верху было написано почерком Рамоны: «Исходящие платежи».

Ага. Откупные. Взятки. Рамона вела также учет взяток.

И здесь фигурировала одна и та же фамилия — строка за строкой — на протяжении последних трех лет. Выплаты делались ежемесячно: сначала в размере двух тысяч долларов, затем — четырех тысяч и в конце концов — десяти тысяч долларов в месяц.

Одна и та же фамилия в каждой строке. Все платежи — одному и тому же лицу.

— Значит, Эми знает, — прошептала Пэтти пустой комнате. — Это проблема.