Черкасов. На страже империи

— Только не потеряй. Думаю, его можно будет выгодно продать. Хоть какая-то польза от Аракчеева.

Я забрал этот предмет с прозрачным камнем в навершии.

Тот мужик, которого Динамит ухватил за зад, сказал, что стержень нужно воткнуть в землю и ждать, когда камень окрасится. Якобы от этого цвета будет зависеть, что за руда под землёй. Но артефакт не включается.

Ну что ж, посмотрим.

Через полчаса я начал понимать отца. У меня тоже ничего не получалось. И в Сети информации об этом не было.

А потом я вспомнил о поисковых маяках из прошлого мира.

Через минуту я нащупал небольшую кнопку, затем провернул верх относительно низа по часовой стрелке.

— КЛАЦ! — верхняя плоскость повернулась в сторону, и навершие замерцало. Повернул обратно — и оно потухло. Отлично!

Я позвал с собой Живчика и вышел на улицу. На улице ещё было светло, поэтому решил, что дотемна успею прогуляться.

Тихон тут же вызвался меня сопровождать, но я наотрез отказался.

— Во-первых, хватит меня караулить, — обратился я к нему. — Я всего лишь на прогулку с псом иду. Так отцу и передай. А, во-вторых — тебя дядя Костя хорошо приложил. Надо бы к лекарю обратиться. Вон, лица на тебе нет.

— Вы правы, Владимир Григорьевич, — вздохнул слуга. — Голова, и правда, немного кружится.

— Давай, сходи, с этим не шутят, — кивнул я и проводил взглядом удаляющегося слугу."

"Надо бы с отцом поговорить насчёт него.

По пути я продолжил размышлять по поводу предательства дядюшки. Отец всё-таки доверял ему до конца, хотя тоже подозревал, что он затеял нечистое. Это было видно по его общению, а потом и как он отреагировал на предательство брата.

Ну хоть одна радость — избавились от этого засранца.

Но что за предмет он хотел забрать с собой? Что это за камень в виде клевера? Вариантов множество, и братец точно о нём не знает.

И отец, раз не рассказал о нём раньше, значит, не видит в этом необходимости. Но узнать, что это за хреновина, надо. Обязательно. Только подумать, как бы подступиться к отцу. После этого происшествия он может опять взорваться и ничего не ответить. Ладно, чуть позже подумаем на этот счёт.