Черкасов. На страже империи

— Да отвали ты от него, — грубо обратился к девушке этот самый Безродный. — Сам проверю.

В нос ударил ядрёный запах перегара и сигарет, а в шею впились пальцы этого паразита."

"— Пульс есть, хотя и слабый. Я же говорил, что тараканы живучие, — усмехнулся Безродный и ударил меня по щеке. Точнее — по щеке моего нового тела. — Э, хватит притворяться, придурок. Вставай! Я с тобой ещё не закончил.

Он что, ко мне обращается? Я не выдержал и улыбнулся. До того абсурдным показались его слова. В прошлом мире на меня даже голос не осмеливались повысить, и сам король разговаривал уважительно.

С трудом разлепил глаза. Две мерзкие рожи склонились надо мной. За ними маячило испуганное лицо симпатичной девушки.

Один из заросших ублюдков криво усмехнулся, сплюнул под ноги. Короткостриженый, черноволосый парень, широкий в плечах. Выглядит довольно внушительно.

Второй — рыжий, выше первого, но худощавей и с крупными веснушками на лице. Этот настороженно смотрел на меня, будто не знал радоваться или огорчаться тому, что я пришёл в себя.

Девушка присела рядом. Взяла меня за руку. Всмотрелась большими голубыми глазами.

— Володя, поднимайся, — ещё раз всхлипнула она. — Я помогу тебе дойти до больницы.

Володя Черкасов, значит? Ну чёрт с вами. Пусть будет так! Теперь нужно выяснить, что это за место и почему я здесь.

— Где это я? — выдавил я, но голос свой не узнал. Слишком юношеский, что ли.

— В Караганде, — хмыкнул тот самый качок, Сергей Безродный.

— Володя, где у тебя болит? Голова? — девушка протянула руку и хотела дотронуться до моего лба.

Но я мотнул головой, отчего та закружилась ещё сильнее. Ощущение, будто горячая лава плескалась в черепной коробке.

Попробовал отправить ману на купирование боли и мгновенное лечение, но… меня ждал неприятный сюрприз. Я едва смог почувствовать свой резервуар. И маны там было несколько несчастных капель.

Эй, какого чёрта⁈ Куда подевалась остальная энергия⁈

У меня два варианта и оба не очень.

Хотя второй вариант мне нравился больше. И надо шевелиться, выживать. А то скоро меня ещё раз приложат головой о камень, и тут уж моя вторая жизнь будет рекордно короткой.

Был ещё третий вариант — в этом мире могло и не быть никакой магии.