Гражданская жена

Мужику тоже надо расслабляться! Иначе сдохнуть можно на работе! Он же не робот, бл***.

И все было продумано, он же не раз возвращался к этому, прикидывал. И что в  итоге? Женщина, на понимание которой он рассчитывал, извратила абсолютно все, перевернула с ног на голову. Чего ей не хватало? Спрашивается, чего?! Ведь в ее жизни ничего бы не изменилось! Он собирался обеспечивать ее до конца дней, всегда готов был помочь, был бы рядом. Квартира? Все из-за именно этой проклятой квартиры? Он собирался приобрести для нее равноценное жилье.

То, что Вера стала бывшей, ничего не меняло, она по-прежнему оставалась ЕГО женщиной. Черт бы ее побрал, он беспокоился о ней!

В который раз хотелось сказать, довольно об этом. Закрыть тему. Но НЕ довольно.

Потому что он видел, как эта женщина меняется на глазах. Словно змея сбрасывает кожу. Стоило Вере уйти от него, с нее как будто слетела окалина. Снова сияла. Искрила!

Только не для него. Для какого-то хорька.

Это ужасно было осознавать, душной волной поднималась ревность.

Заводило его опять, против воли заводило. А ей, оказывается, ничего этого не надо.

Ей просто ничего от него не надо! Она потому так легко от него ушла, даже сцены ни одной не закатила. Просто плюнула в него, растерла и ушла. А теперь ему еще объяснять сыну, почему папа злодей, а мама святая.

В какой-то момент, он просто сжал виски и крикнул в душе:

- Верка, твою мать! Что ты с нами сделала! Как ты могла...

Мужчина снова шумно выдохнул, потому что защемило сердце. Он действительно устал от всего, четыре часа, надо ехать в офис. Позвонил Вике, она стала частить, о проделанной работе отчитываться. Вникал.

Надо работать, а то совсем выбился из колеи, бл***.

глава 42

Пока он добрался до офиса по пробкам, было уже начало шестого, до конца рабочего дня оставалось немного.

Снял пиджак, подошел к окну, разминая шею. Смотрел на город. За окном поднялся ветер, хотелось бы ветра в лицо, но лень было протягивать руку.

Шаги сзади услышал. Она всегда мягко подходила, тихонько. Вообще мягкая вся, такая гнущаяся, как лиана, податливая... И при этом весьма и весьма упорная.