Человек из Скибберина

Он резал торф, косил сено, работал киркой и мотыгой, пилой и молотком, и несмотря на то, что инструмент любил, юноше хотелось большего. Земля достается дерзкому, и это — главное.

Юноша вспомнил о Мейри. Небось уже замуж выскочила! За того самого чернорабочего, что ей прочил отец? Хорошо бы вернуться да показать им всем! Крис мечтал возвратиться в родные края богачом, счастливым обладателем земли, скота и лошадей и дюжины новехоньких костюмов, и пройтись гоголем, чтобы все увидели, на что способен Криспин Мэйо!

Но, как бы ему того ни хотелось, ирландец понимал, что мечты это детские.

Сперва нужно утвердиться здесь. Этот задира Кокинс сам дал ему, Крису, шанс разбогатеть побыстрее. Мысли юноши обратились к Барде, но она — дочь полковника-американца, на что ей сдался нищий иммигрант-ирландец? Да уж чего там — в Штатах есть места, куда ирландцу вход вообще заказан! Там висят объявления: «Ирландцев просят не обращаться».

Крис поднялся с постели, сделал пятьдесят приседаний, столько же раз отжался, затем заставил себя еще пятьдесят раз лечь-встать.

Так он упражнялся уже много лет, по утрам и вечерам, разве что слишком выматывался на работе. Научил его дядюшка, когда Крис был еще совсем мальчишкой.

Глаза закрывались сами собою, юношу клонило в сон. Разбудил его приглушенный гул голосов; Мэйо не сразу понял, откуда доносится это звук и что означает. В комнате царили тишина и полумрак. Дело близилось к ночи. Голоса доносились из-за тонкой перегородки.

— Кокинс его побьет. Впрочем, никого из нас он не видел.

Только Мюррея.

— Мюррей жаждет крови. Грозится порешить грязного Мика, да только Парли не желает шума. Позже, говорит. Если Джастину удастся удержать Мюррея до тех пор, считай, что Джастину повезло. В жизни не видывал такого одержимого.

— Да этот мик беднягу едва не ухлопал. Нос перебит, три ребра сломаны, и четырех-пяти зубов как не бывало.

— Мюррей — это тебе не Кокинс. Вот увидишь: старина Сэм побьет мальчишку одной левой. Я видел его в деле пару раз."

"Голоса затихли, дверь за соседями закрылась.

Крис Мэйо лежал неподвижно, размышляя. В городе — люди Парли. Почему, зачем? Конечно, всякому приятно оказаться в цивилизованном месте и поразвлечься малость, а южанам-ренегатам ничто человеческое не чуждо. Но что значит — «до тех пор»? Чего они ждут? Что-то затевается? Или бандиты просто имели в виду, что Мюррею не дадут воли до того, как поединок состоится? Наверное, так.

Тишина и дремота… Крис снова погрузился в сон.