Человек из Скибберина

Неужели этот тип задумал убить полковника? Рука Криса скользнула к винтовке, но прежде, чем он решил, что делать, ирландец увидел: отблеск огня вспыхнул на лезвии ножа, незнакомец опустился на колени и снова сверкнуло лезвие. Часовой ловко перерезал путы Маклина. А потом помог пленнику подняться на ноги.

Они повернулись; свет костра и лунный луч озарили лицо нежданного спасителя, и Крис узнал в нем Реппато Пратта!

Но как?..

Реп уже вел полковника к выходу, когда сзади возник еще один часовой.

— Эй! — окликнул он.

 — Ты чего это задумал?

Реп стремительно обернулся и, выстрелив с бедра, уложил бандита на месте. В следующее мгновение весь лагерь всполошился. Люди повскакивали на ноги. Кто-то заорал:

— Маклин! Где полковник?

Крис Мэйо, приложив приклад к щеке, понял, что настало время действовать. Он открыл огонь.

Первый выстрел пришелся в того, что кричал. Пуля обожгла или оцарапала бандита; тот отпрыгнул назад, словно его ужалили. Крис выстрелил снова. Этот заряд угодил в человека с револьвером в руке; тот опрокинулся на спину прямо в костер.

Бедняга истошно завопил, вскочил на ноги, опрокинув котелок с кофе; одежда его пылала. Бандит зашатался, замахал руками; несколько человек подбежали к нему, чтобы затушить пламя.

Крис выстрелил наудачу в то место, где, как ему казалось, лежал Парли; затем еще и еще.

Пуля ударила о скалу рядом с ним и с яростным визгом отскочила в ночь. Реп и Маклин исчезли; Крис решил, что и ему пора. Быстро соскользнув с гребня, ирландец вскочил на ноги и бросился сломя голову вниз по склону холма, замедлив шаг только у подножия, чтобы не испугать коня.

Жеребец весь дрожал: голова запрокинута, в глазах ужас.

— Все в порядке, — тихо сказал Крис, похлопывая его. — Ну-ну, тихо. — И прошептал несколько слов на староирландском.

С похвальной предусмотрительностью Мэйо потратил несколько минут на то, чтобы перезарядить винтовку, затем отвязал мерина и вскочил в седло. Он выехал из кустов, описал широкий круг, отъехал подальше и прислушался.

Из-за холма доносился гомон негодующих голосов; однако расстояние было слишком большим, да и преграда мешала: Крис не разобрал ни слова. Ирландец шагом поехал в том направлении, куда, по его расчетам, подался Реп, но ровным счетом ничего не услышал… ни звука.

Ирландец развернул коня и поскакал назад, к стоянке. Все было тихо. Он прислушался, затем осторожно двинулся вперед; натянутые как струна нервы отзывались на малейший звук.

Лагерь опустел. Все исчезли.