Человек из дома напротив

Завизжали автобусы, люди, собаки, младенцы; улица встала на дыбы; грохот и автомобильный смрад обрушились на Кастора, но его пронесло, точно щепку течением, мимо летящих навстречу машин, обдало брызгами и выкинуло на противоположный берег."

"Он бросил взгляд назад. Амбал остался на той стороне. Хрипло дыша, Кастор побежал к метро. Вместо сердца внутри была боксерская груша, в которую без остановки лупил взбесившийся тяжеловес.

3К полудню небо потемнело и опустилось, как пресс, на головы прохожим. Кастор укрылся на задворках продуктового магазина, из которого разило тухлятиной, и закопался среди груд хлама и пустых коробок.

Мимо сновали грузчики, кое-кто бросал изучающие взгляды, но потом на него перестали обращать внимание. Неблагополучный человек в неблагополучном месте – деталь пейзажа, привычная, как чайка над морем.

Надо было хорошенько все обмозговать.

Футболка насквозь промокла от пота. Стащить бы да просушить ее, но для октября это чертовски плохая идея. Можно вернуться в квартиру, которую он снял, но ехать через полгорода, чтобы помыться… Вместе с ним в пустой грязноватой конуре жили четверо мужчин, которых он не знал по именам, вернее, не помнил; слова исчезли из его памяти, едва были произнесены.

Все лишнее – помеха.

Постепенно Кастор пришел в себя. Что ж, он получил отпор и, по правде сказать, едва унес ноги. Но, во-первых, все-таки унес. У многих вслед за страхом приходит отвращение к собственному страху, и Кастор не стал исключением: ему было противно, как от несвежего запаха по утрам из собственного рта.

Он очень давно никого не пугался. Бог с ней, со свободой, он все равно был пропащий человек с того дня, как бросил на гроб горсть земли, но Кукловод – Кукловод не должен был остаться в живых.

Во-вторых, дела обстояли не так плохо, как ему казалось еще час назад.

Амбал не будет охранять бородача и уточку круглые сутки. Как ни крути, рано или поздно Кастор сумеет наведаться к ним. Козлова могла запаниковать и сбежать, но есть ли ей где укрыться? Судя по тому, что удалось выжать из мамаши Матусевича, девчонке некуда идти.

А вздумает вернуться в свой домишко – ну, так он это только приветствует.

Очень рад, очень рад, приезжай в Зеленоград, пропел Кастор, развеселившись.

Он только не мог сообразить, зачем амбал ищет девчонку. Кто он ей? Это было действительно важно, но мысли начали пробуксовывать и Кастор понял, что пора отдохнуть.

Едва это решение созрело в его голове, сам собой пришел и ответ на вопрос, что делать с Козловой.