Человеческий улей

Теперь можно заняться щиколоткой. Там тоже рана, зацепило в самом начале, когда кто-то пульнул из подствольника или чего-то подобного. Похоже, с этим он не ошибся. Ранка небольшая и почти сквозная. Осколочек, пролетев через мясо, застрял уже на выходе, разорвав кожу. Пришлось еще раз сжать зубы и лить слезы, выдавливая инородный предмет с кровью и стонами.

Наконец и со второй раной было покончено. Самое время подумать насчет дальнейших планов. У него нет ни опытных спутников, ни оружия, чтобы себя защитить.

Он весь в свежей крови, и кто знает, как на это отреагируют твари, ведь нюх у них вроде как отменный. К тому же охромел на одну ногу, убежать будет гораздо сложнее. Нет живительного напитка, и это очень опасная проблема.

А какие плюсы?

Он жив, и желудок урчит на все лады, требуя наполнить его сытной и вкусной пищей. А это хороший признак, умирающие не отличаются хорошим аппетитом.

Но тогда, получается, он позабыл о еще одном минусе — у него нет ни крошки еды.

Где можно разжиться оружием и продовольствием? Ближайшее известное место — грузовик.

Но он лежит на дне водоема, а Карат не какой-нибудь Ихтиандр, чтобы в ночное время нырять в мутной воде на ощупь выискивая нужное. Нет у него таких способностей.

Что остается? Ждать до утра? Но до утра его водолазная подготовка вряд ли успеет улучшится от никакой до отличной. А вот силы он может потерять, надо не забывать о проблеме отсутствия живчика.

В общем, сидеть на месте — не лучший вариант.

Надо подниматься и идти. Но куда? Карат понятия не имел, в какие края его занесло. Главное, что успел уяснить — шагать надо не по активно использующейся дороге, с ними он зарекся связываться, хватит.

Вон месяц светит, вполне нормальный на вид. А под ним можно рассмотреть мрачного вида пятна прилипшие к горизонту. Именно там за ними скрылось такое же нормальное на вид Солнце.

Вот только закат был ненормальным. Карат никогда до этого не видел, чтобы светило чернело, а потом расползалось вдоль горизонта черными кляксами.

Да тут почти все ненормальное.

* * *Карат, пригнувшись, медленно перешел через грунтовую дорогу, присел за хлипким штакетником, замер, посидел с минутку не шевелясь. Никого не видно и не слышно, но он в полной темноте и к тому же оглушенный, доверять себе нельзя, может не заметить стадо коров в сотне шагов. Но уж в пятидесяти точно их почует, хоть это слегка утешает.

Перебрался на другую сторону, осмотрелся.