Чехов. Книга 2

А может быть он нашел фальшивки и проследил их путь, но Боря решил нажиться на этой идее. У Левина была страсть. Он очень любил азартные игры.

— И начал шантажировать Васильева? — уточнила Алиса.

— Именно. И это сперва меня запутало. Я думал, что Левин хотел продать секрет Васильевской Лавки «Сынам». За что его убили, а затем попытались все свалить на Гордея. Это была отчаянная ставка, раз для подобного решили убрать и единственного свидетеля, который мог бы дать показания и обеспечить Гордею алиби. Но дело передали мне.

И я все же смог привести свидетеля на допрос.

При этих словах Суворов и Белова переглянулись и улыбнулись.

— К тому же Васильев уже давно работал с монархистами, которые обеспечивали его охрану и числились в дружине. И «Сыны» не стали бы начинать войну даже за такой лакомый кусочек.

— А как ты понял про фальшивки?

Я кивнул на стоявший на столе принтер, и все обернулись в указанную сторону и продолжил:

— Обычно, в печатной технике отключены настройки печати денег. Но недавно мне понадобилось для дела несколько фантиков, которые были бы хоть отдаленно похожи на настоящие.

И принтер напечатал мне пятирублевок. Я ещё удивился, как так. Но потом закрутился и забыл. А когда уже нашел ещё купюры — то начал понимать, что к чему. Ну а потом почитал про Васильева, получил несколько подсказок — и все встало на свои места.

Суворов покачал головой и протянул:

— Дела. Ты прямо сыщик. Сразу видно: сын начальника охранки.

— Ну, многого я так и не понял, — ответил я. — Так что подробности мы сможем узнать только, если Алисе удастся прочитать показания в деле.

Но в целом…

— В целом, ты прав, — произнесла Белова. — По поводу призраков никто не может дать определения. Но принтер нашли. Бумагу протравливали каким-то чудным способом, который делал ее на ощупь похожей на настоящие деньги. Печатать картинки много ума не надо, а вот грамотно подготовить краску, смешать ее в нужный оттенок — это целое искусство. И мастера, который это делал, так и не нашли. К тому же купюры очень натурально состарили.

Хроносы работали, не иначе. Каждая бумажка словно прожила свою собственную жизнь. Очень натурально вышло. Настолько, что даже банковские работники без специального аппарата не сумели распознать фальшивку.

— В любом случае, жандармерия присвоит заслугу в поимке фальшивомонетчиков себе, — вздохнул Сергей. — Придумают, что они давно разрабатывали эту лавку. Кто-то получит премию или даже повышение.

— Очень вряд ли, — Белова усмехнулась.