Чехов. Книга 2

— Вы премию решили парню выдать?

— Это за две недели со сверхурочными, — вздохнула женщина. — Ваш первый аванс я учла. Но этот увалень ведь тратил на продукты. И покупал вещи для моего дома. Я следила.

— Спасибо.

Я ушел к себе, неспешно выбрал костюм синего оттенка с гербовой вышивкой по пацану пиджака, белую рубашку и галстук василькового цвета. Уверен, что для Натальи будет важно, чтобы ее спутник выглядел достойно и потому я добавил на манжеты рубашки запонки с сапфирами. Обувь нашлась в вакуумном пакете.

Когда я был готов, часы пробили пять вечера. Я вполне мог пройтись пешком. Нужное мне заведение располагалось не так далеко. Но это было бы несолидно и потому пришлось вызывать такси. Я вынул из кармана телефон и набрал нужный номер.

Машина прибыла через пять минут, о чем меня уведомил диспетчер. И когда я вышел из дома, авто уже было подано к крыльцу, а задняя дверь, у которой стоял водитель в чёрной форме, была распахнута.

Я кивнул и занял место на заднем диванчике. Извозчик закрыл дверь, обошел авто и сел за руль. И такси выехало из двора.

Ужин в старом театре

Несмотря на воскресный вечер, пробок на дорогах не было. Потому к нужному адресу я прибыл за десять минут до назначенного времени.

Перед входом в ресторан была раскатана красная дорожка, напротив которой и остановился извозчик. Мужчина в ливрее раскрыл дверь, выпуская меня наружу.

— Здравы будьте, — поклонился он мне.

Второй встречающий ждал меня на последней ступени крыльца высокого здания без окон.

— У вас заказан столик, господин…

— Чехов, — с готовностью подсказал я.

Парень сверился с планшетом, который держал в руках, и кивнул:

— Добро пожаловать, господин Чехов.

Он открыл дверь, и я ступил за порог. Стало понятно, почему ресторан считался достойным местом для знати. В помещении ранее располагался театр. Потолок был невероятно высоким и под его расписным куполом порхали яркие птицы, созданные из огня.

Две мраморные лестницы вдоль стен уводили на галерку, где располагались столики для особых гостей. Их невозможно было рассмотреть за искусно созданной зеркальной водяной дымкой и оставалось лишь догадываться, какие люди могли наблюдать за остальной публикой, расположившейся внизу.