Чародольский князь

Ворон опустился рядом и пригнул шею, кося желтоватым глазом, но тут же отскочил назад: в него полыхнула зеленая струя огня. Под стеллажом радостно пискнули. Послышался слабый шорох и вскоре затих вдали.

Вернув себе прежний облик, Патрик не стал преследовать беглянку. Он мстительно скривился, бормоча не очень приличные ругательства про девушку и всю ее семью до седьмого колена, даже погрозил кулаком книжному шкафу. А после, словно устыдившись, вновь сел за стол и раздраженно придвинул к себе книгу.

Но и на этот раз ему помешали: еще один человек вынырнул из прохода между стеллажами и направился к нему.

Визитер был одет в простую одежду волшебника – темную мантию с широкими рукавами и низко надвинутым на лицо капюшоном. Впрочем, из-под полы мантии выглядывали обычные синие джинсы и носки фирменных кроссовок.

Патрик вновь подскочил.

– Что ты здесь делаешь, Рик Стригой? – неприязненно спросил он, мгновенно узнавая пришедшего. – Чем обязан?

Человек не ответил. Не спеша скинул капюшон, открыв бледное лицо с острым подбородком и резким очерком скул.

Скучающе огляделся, остановил ничего не выражающий взгляд серых глаз на книгах, разложенных на столе.

– Все ищешь тайные знания, любезный Пат? Смотри, не перетруди голову…

– Тебе-то что, Стригой? – тут же ощетинился тот. Судя по выражению его лица, он побаивался собеседника.

– Хочу помочь советом. – Чёрные зрачки глаз Стригоя вдруг расширились и блеснули серебром. – Хорошо, что ты тяготеешь к знаниям, дорогой Патрик, но без практики все эти тома великих заклинаний прошлого, настоящего и будущего – ничто… Вряд ли ты постигнешь тонкости магической науки, всего лишь зарывая свой длинный любопытный нос в книги.

Ты бы лучше размялся на природе, хоть бы за ворота дома вышел. Или тетушка не пускает мальчика одного?

Взгляд Патрика потемнел.

– Тебе ли говорить о практике? – глухо произнес он. – Все знают, какие магические практики предпочитают у вас в семье. Проклятые румыны! Сколько загубленных душ на твоем личном счету? Перед тем как ты стал добрым и послушным мальчиком… Говорят, ты не раз убивал, питаясь чужой магией.

Вы, стриженые, – он вложил в это странное прозвище как можно больше презрения, – никогда не сможете стать такими, как люди. Вы – отбросы, паразиты! И ты – не человек! Ты всего лишь притворяешься человеком, мерзкий стриженый!"

"Патрик совершенно преобразился: глаза его расширились от бешенства, скулы дергались, подбородок заметно дрожал.