Бывший папа. Любовь не лечится

Однако реабилитационный центр курортом назвать сложно. Именно поэтому я не хочу надолго отлучаться от Нади.

Обойдя дом, задерживаюсь на кухне, чтобы выбросить старые продукты и вынести мусор. Бросаю взгляд на обеденный стол, за которым мы раньше часто сидели с Надей. Сейчас кажется, что это было в какой-то другой, параллельной реальности, а может, и вовсе в моих фантазиях.

Интересно, она вернется когда-нибудь? Будет ли звучать в нашем особняке топот детских ножек? Как мы мечтали…

Прислушиваюсь… И у меня возникает стойкое ощущение, что я медленно схожу с ума.

Сердце сжимается и неприятно ноет, но я заставляю его успокоиться. Всему должно быть логическое объяснение. Именно за этим я выхожу из кухни – и спотыкаюсь взглядом о маленькую девочку, которая пытается вырвать ручку из заботливой хватки бабушки и топчется на месте, заваливаясь из стороны в сторону, как неваляшка.

- Добрый день, Назар, я стучала, однако дверь вдруг сама открылась, - едва заметив меня, отзывается женщина.

- Да, конечно, - рассеянно киваю, не сводя глаз с девочки. – Честно говоря, забыл про вас. Из головы напрочь вылетело расписание. Простите, Евгения Климовна. Чудо, что застали меня дома.

- Сама виновата. Надо было позвонить и уточнить, будет ли прием, - вздыхает, понурив плечи. – Мы такси отпустили. Можно подождем следующую машину здесь? Прошу прощения, что отвлекаем…

Пока бабушка оправдывается, девчушка все-таки умудряется освободить ладошку и совершает рывок ко мне.

- Подождите. Не мешайте ей, - приседаю на корточки и жестом подзываю к себе малышку. – Иди ко мне, Ангелина. Смелее... Умничка.

Похваливаю ее, а сам наблюдаю за движениями, контролирую каждый шаткий шаг.

- Мы не будем пропускать занятие, - тихо сообщаю Евгении Климовне, а сам полностью концентрируюсь на ребенке.

Ангелине ставят задержку физического развития.