Бывший муж

Она разделяет нас с Яной куда сильнее этих семи лет врозь, стремится раскидать по разным лагерям, додумать за нас все несказанные слова.

А мне многое сказать хочется. Почему Яна на развод не пришла? Я пришел, как дурак, надеясь ее увидеть, надеясь, что вдруг что-то изменится, слова нужные найдутся, волшебство, блядь, случится. Не случилось — вместо Яны был доверенный адвокат. Даже Елагин не явился, хотя уж его то стоило ожидать. Не развод получился — фарс. Я и напомаженный индюк, который сухим бюрократическим языком излагал волю моей жены.

Тогда еще — не бывшей. И делить нам нечего было, кроме Ильи. Но я не мог его у Яны отобрать. Не мог сделать ей еще больнее. Лучше — сердце свое вырвать. Или сломать колено, впрочем мне его и так сломают, только я об этом тогда еще не знал.

— Зачем ты женился на своей Даше?

Сейчас я сотни раз задавал себе этот вопрос. И ответы всегда были разными.

— Я был одинок. Она была одинока. Мне казалось, что так будет правильно.

Янка засмеялась. И хорошо — пусть смеется лучше, чем плачет.

Потянулась в кресле — глаза к темноте привыкли и силуэт бывшей жены угадывался на фоне зашторенного окна. И коснулась моей ноги своей. Наверняка — нечаянно. В такой маленькой квартире наверное миллионы случайных прикосновений. Но словно током дернуло. Хотелось одновременно и ногу свою отдернуть, и Янку к себе, и дышать ею, жить ею. Я не пошевелился — пусть хоть так, но касается меня. А о смуглом теле, маленькой груди с коричневыми, съежившимися от моих поцелуев сосках, о темных прядях волос, что падают на мое лицо, когда она сверху… Об этом я не буду думать. Привык уже за семь лет.



— А если по честному, Ларин?

Теперь уже засмеялся я. Она меня хорошо знала. Так же, как и я ее.

— Мне нужен был барьер, Ян. От тебя. Мне нужно было чем-то жить, чтобы при встрече с тобой, быть готовым.

— Помогло?

— Нет.

Я почти научился счастливым быть. И думал, что дальше смогу. Я, блядь, готовился к предстоящей встрече. Надеялся, что буду во всеоружии. Но разве можно защититься от того, что внутри? А Яна была внутри.

Только понял я это, уже взвесив на себя обязательства. Но в этот раз я все сделаю правильно…"

"— Прогнать бы тебя, — протянула Янка. — Да только без тебя хуже во стократ. Ты только не говори ничего, хорошо? Ничего такого, от чего я потом реветь буду. И так тошно.

Я промолчал. Я могу вообще молчать — только бы не спугнуть это хрупкое перемирие. Слушать дыхание Яны. Слушать, как сопит моя дочка — возможный залог нашего будущего счастья.