Бывший муж

Она слишком мала для столь сильных чувств. Все, что я чувствовала — легкое любопытство и досаду.

— Удивительный ты ребенок, — сказала я шепотом. — Моего приходилось по часу держать на груди, чтобы уснул, или наматывать многокилометровые круги по парку с коляской.

Наверное — на отца похожа. Он тоже молчит и все в себе прячет. До последнего, пока поздно не станет.

Потом прошел еще час — и я решилась было ехать. Ребенок беспроблемный, поспит в машине, но совесть мучила. Я тянула-тянула и не знала как быть.

— Мама! — сказал вполне бодро уже он. — Мне телефон мой дали!

— Здорово, — обрадовалась я. — А как ты себя чувствуешь?

— Мне на ногу наложили швы! Я тебе потом покажу. Шрам будет! — и столько восторга в голосе, что я чуть не разревелась от облегчения. Что ребенку мои страхи? А он продолжил. — Мне кровь наливают. Папину!

— Переливают, — поправила я на автомате.

И только потом поняла. Папину кровь. Вот оно и началось… Уже папа. Мне стало неожиданно горько и обидно, я снова покосилась на спящего младенца.

— Тебя завтра ко мне пустят, — успокоил сын. — А деду позвонить можно?

Я представила, что сейчас он приедет. Обязательно приедет. Возможно не скажет ничего, но смотреть будет многозначительно. Я знаю, что он только добра мне желает, мой отец, только наше мировосприятие несколько различается.

— Не нужно! — с жаром сказала я. — Расскажем когда заживет.

— Хорошо, — со смехом согласился отлично знающий деда Илья.

Мы поговорили еще немного. Илья объяснил, что капельницу с кровью ему еще раз поставят. И что спать очень хочется и вставать не разрешают, пока — даже в туалет. Я до безумия была рада, что с ним хорошо все, но представляла, что он один там, в этих казенных серых стенах и сердце сжималось.

— А папа? — немного споткнулась на этом слове, но продолжила. — Папа твой где?"

"— Он приходил, а потом ушел, — сообщил сын. — У меня тут только чужая девочка на соседней кровати.

Я покосилась на младенца — чужая девочка у меня тоже имелась.

Я растерянно на часы посмотрела — уже темнеет. Набрала номер Ярослава, думаю, уже можно, но он не брал трубку. Катя снова проснулась и уставилась на лампу, этому ребенку очень нравилось смотреть на свет.