Буря Жнеца. Том 1

Ты – странный и страшный довод в пользу того, что, сознательно игнорируя законы и правила вселенной, можно избежать ее влияния. Ты должен понимать: сам твой успех свидетельствует в пользу этого догмата, и с ним я не могу примириться, поскольку он противоречит всей истории наблюдений.

– Опять много слов, Самар Дэв. Скажи попроще.

– Хорошо, – отрезала она. – Все в тебе меня пугает.

Он кивнул:

– Но и притягивает.

– Заносчивый ублюдок. Думай что хочешь!

Он повернулся к двери. Взяв меч, бросил через плечо:

– Сегулех обнажила свои мечи для меня, ведьма.

И ушел.

Самар Дэв оставалась на кровати еще дюжину ударов сердца, потом воскликнула:

– Будь он проклят!

И поднялась, чтобы не опоздать к началу схватки. Будь он проклят!

Солнце ушло на запад, погрузив подворье в тень. Пройдя по закрытой колоннаде, Самар Дэв увидела, что сегулех стоит в центре тренировочной площадки, держа руками в перчатках два длинных меча с тонкими лезвиями. Темные волосы свисали сальными прядями до плеч, а взгляд полночно-черных глаз в прорезях маски не отрывался от Карсы Орлонга, шагающего к ней по усыпанному песком полу.

Поглазеть пришли все претенденты – явно пронесся слух, – и Самар Дэв увидела, замерев, грала Таралака Вида, а за ним Икария. Нижние боги, это имя, этот ягг… все, что я знаю, все, что слышала. Икарий здесь. Поборник.

Он оставит от города кучу развалин. Он оставит от жителей груду переломанных костей. Боги, только посмотрите на него! Стоит спокойно, так далеко в тени, что его почти не видно – Карса его не видит, нет.

Да, она настоящий боец.

И Карса швырнет ее через проклятую стену.

Если она посмеет приблизиться. А ей придется. На расстояние громадного кремневого меча.

Через стену. Или сквозь нее.

Сердце заколотилось быстро, с пугающими сбоями.

Она почувствовала, что рядом кто-то есть; с тревогой поняла, что это тисте эдур – и узнала его. Преда… Томад.

Отец императора."

"Карса, ни к чему тебе такой зритель…

Взрыв движения, стоило противникам сблизиться – впоследствии так никто и не смог решить, кто сделал ход первым; словно сегулех и Карса достигли какого-то инстинктивного соглашения и задвигались быстрее мысли.

И вот когда сталь стукнулась о камень – или камень о сталь, – Карса Орлонг сделал нечто неожиданное.

Топнул ногой в пол. В уплотнившийся песок.

В разгар гибкого танца сегулех.