Бунтарка для Темного ректора (СИ)

Быстрее заканчиваю заклинание, и золотистое свечение окутывает малыша, мама охает, а ребёнок затихает, но продолжает морщить личико."

"— Дочка, почему ты не сказала? — мама садится на кровать рядом с сестрой. — Младенец не может контролировать тьму. Она будет то и дело вырываться наружу и сжигать твои силы и магию. А твоя магия запечатана, так что ты можешь не выдержать, дочка.

— Гардиан. — твёрдо произносит Кристина. — Я назову его Гардиан. И я справлюсь, папа верил в меня.

— Твой папа не знал, что твою магию запечатают, — горько говорит мама.

Сестра колеблется и бросает взгляд на меня. Я киваю, намекая, что маме надо сказать. Она и так это узнает.

Но мама понимает взгляд сестры по-своему.

— Асия, принеси Кристине воды и что-нибудь поесть, а ещё чистые простыни, — поворачивается ко мне мама. — А мы пока поговорим.

Смотрю на сестру, не желая оставлять её сейчас одну. Но она кивает и слабо улыбается, давая понять, что всё в порядке. Скрепя сердце выхожу.

Спускаюсь на кухню и разогреваю магией суп для Кристины.

Мама ещё не знает, но ребёнок долго не проживёт. Нужно быстрее разобраться с записями отца, ведь если моя магия помогает “усмирить” тьму, возможно, я найду способ спасти этого ребёнка.

Замираю с половником в руке. Может ли быть, что отец хотел именно этого? Спасения внука? Когда Кристина и Риотен встретились?

Отбрасываю эту мысль. Отец же не мог знать, родится ребёнок с сильной тьмой или со слабой.

Когда я выхожу с подносом, на котором всё приготовлено для сестры, то чуть не врезаюсь в новоиспечённого папу. В магистра Риотена. Лёгок на помине.

— Где она? — сходу спрашивает он, волнуясь.

— Возьмите, — даю ему поднос. — По лестнице наверх и комната направо. Отнесите это Кристине.

Риотен забирает поднос и идёт к лестнице. И тут я понимаю, что кое-что не сходится.

— Господин Риотен, — зову я его.

Он замирает с прямой спиной, и даже не оборачивается. Продолжив подниматься, бросает мне через плечо:

— Скоро здесь появится целитель, впустите его.

Ушёл от ответа.

Я решаю дождаться целителя, а потом идти за записями отца. Наливаю себе чай и стараюсь успокоить волнение. Получится ли у меня?

Слышу повышенные голоса из комнаты Кристины. Это мама высказывает всё или сестре или Риотену. Заходить опасно — попаду под горячую руку.