Бульдог. Хватка

Антип выглянул из укрытия, держа пистолет наготове. Шагах в двадцати, проламываясь сквозь подлесок как лось, несется здоровенный негр, размахивающий абордажной саблей. С таким сойдись на кулачках, не факт, что выживешь, хотя Антип и сам косая сажень в плечах.

Выстрел! Опять белое облако, полностью закрывшее обзор. Егерь тут же отскочил назад, роняя разряженный пистолет и перекладывая в правую руку второй. Тупой стук тела о дерево. Рассеивающийся дым остался сверху, а на земле виден сучащий ногами и царапающий руками грудь чернокожий великан.

"Дым уже практически истаял, и взору предстал еще один марон, этот поменьше, но надвигается весьма решительно. Рот раскрыт в яростном крике. Антип отчего-то отметил неестественную белизну зубов. В следующее мгновение его пистолет исторг пламя, дым и горячий свинец. Стрелял навскидку и, признаться, думал, что промазал. Но пуля все же достигла цели. Нападающий как-то резко дернул плечом назад, словно его кто-то ударил, и, крутнувшись волчком, упал на землю.

Взгляд выделил движение слева. Буквально в пяти шагах от егеря из кустов выскочил еще один разъяренный марон. Ничего особенного, если не учитывать пистолет, который он навел на Антипа и нажал на спуск. Промахнуться с такого расстояния не сможет даже впервые взявший в руки огнестрельное оружие. Разумеется, если его противник станет изображать из себя мишень.

Выстрел происходит не сразу. С момента воспламенения подсыпки на полке и до выстрела не меньше секунды, а иногда и больше.

Вот только Антип не собирался уворачиваться. Вместо этого он бросил свое тело вперед и вниз, уходя в кувырок. Марон оказался опытным стрелком, а потому попытался подправить прицел, чтобы достать верткого противника. Однако русский был слишком уж быстр, а его маневр стал настоящей неожиданностью. Выстрел! Пуля выбила фонтанчик земли.

Антип вскочил на ноги и одновременно рывком провел ножом поперек живота, распарывая его и вываливая наружу распластанное нутро. Все, этот уже не противник. Если не добить, то он еще помучается какое-то время, пока отдаст Богу душу. Но драться он уже не сможет, а это на данный момент главное.

Разобравшись с этим, обернулся, высматривая новых противников.