Бульдог. Хватка

Их четверых взяли во время разгрузки. Затем был скорый суд. И что его больше всего удивило, в числе обвиняемых оказались еще три десятка зажиточных крестьян, имевших собственные наделы в окрестностях Корка. Причем никто из них не имел никакого отношения к заговорщикам и доставленному оружию. Во всяком случае, так утверждали они сами уже после суда, на пути в Вест-Индию. И уж в этой-то ситуации им точно врать было незачем.

Зато их наделы находились по соседству, и кто-то отхватил солидный кусок земли.

К его сожалению, высадку отложили до утра. Их прибытие оказалось неожиданностью, поэтому местное начальство не было готово к немедленному приему нескольких тысяч человек. Хотя с их расквартированием проблем возникнуть не должно. Что ни говори, но им не привыкать жить в походных условиях. Они прожили так несколько месяцев, причем под палящими лучами вест-индского солнца.

Ночью уснуть так и не удалось. Сердце все время бешено колотилось в груди, в горле першило от постоянной жажды.

Когда же они наконец оказались на берегу, то нечего было и мечтать попасть в город. Сразу же после выгрузки их построили и повели к месту будущего лагеря. Как он ни уговаривал командира роты, капитан был неумолим. Коль скоро записался в армию, будь добр служить.

Восемь месяцев назад его вдруг обменяли на чернокожего раба. Появились такие странные контрабандисты, что вывозили чернокожих рабов с захваченной русскими Ямайки и меняли на ирландцев. Управляющим было плевать, с чем именно это связано. Для них главное то, что чернокожие рабы более выносливы и меньше мрут. К тому же они и стоили вдвое дороже белых. Как говорится, выгода очевидна.