Будешь моей женой. Снова (СИ)

Что там дед еще придумал?

— Если мой внук, Святослав Нагорный, выполнит три условия в течение следующего года: первое, он будет женат на Ярине Дмитриевне Савицкой-Нагорной.

Я вздернул бровь: вот же старый лис! Я и так женат на Ярине. Уже семь лет, между прочим.

— Второе, проживать они должны на одной территории.

Вот сейчас в зале адвокатской конторы повисла гробовая тишина. Мы с Миром переглянулись. Вот это уже сильно.

— Третье, у них должен родиться ребенок мужского пола.

Да ёб твою мать! Вот это уже пиздец.

— Воля моя должна быть исполнена в течение года. Если этого не случится, то активы и управление капиталами перейдут во внешнее государственное управление."

"Я со свистом выпустил воздух, оглядывая притихших родственников. М-да, задачка та еще. Я и сам человек не бедный, но потерять такой жирный кусок, то, что я приумножал последние десять лет… Так себе перспектива.

— Может, завещание можно обжаловать? — шепнул Мирослав.

— Вряд ли.

— Но это бред!

— Разберемся.

Когда все вышли, я остался вместе с адвокатом. Он тоже не суетился, знал, что у нас еще будут переговоры.

— Марк Витальевич, что это за бред, м?

— Это не бред, Святослав Игоревич, это воля покойного.

— А я как за год должен пацана сделать? А если девчонка будет? Аборт и по новой жену долбить? — не стеснялся в выражениях.

— Для этого у меня есть особые инструкции, но они только для ваших ушей. Вы должны найти супругу, вернуть домой, и мне хватит справки о беременности, чтобы завещание вступило в силу, но! — поднял палец вверх.

— Хозяином? — приподнял вопросительно бровь. Неужели слухи уже поползли? Рано.

Марк Витальевич тонко улыбнулся. Видимо, они с дедом действительно очень близко общались.

— Я знаю, какие расклады впереди, — доверительно шепнул. — Поэтому — удачи. Все в ваших руках.

Мирослав ждал меня возле машины. Смотрел с тревогой и легким налетом грусти. Он хотел для меня семью, детей и счастья. Вот и дождался.

— Что будешь делать? — хлопнул меня по плечу.

— Выполнять заветы дедули, — хохотнул коротко. Дед оказался затейником! Я злился на него за самоуправство, но внутри разгорался пожар предвкушения.