Будешь моей, детка

Таком, что, кажется, рухну на землю сейчас же. Я не могу сделать и шага.

И я не хочу верить услышанному.

Но мне придется.

Он все сказал открытым текстом.

Он поторопился, и на самом деле я ему совсем не нравлюсь. И даже не нравилась толком.

Игра.

Что ж… спасибо, что предупредил.

Странно, что не сыграл до конца.

Мне бы радоваться этому, а не вести себя как дура, сходящая с ума от неизвестности и волнения.

Всего-навсего надоела ему, с кем не бывает.

А я столько раз названивала ему. Переживала, все ли в порядке.

Наивная дура.

Я не помню, как дохожу до входа в корпус, а потом и до аудитории. Кажется, Саша ведет меня за руку и усаживает на мое место рядом с Тиной и Олей.

Мне хочется остаться одной, но я не могу позволить себе расклеиться. Показать ему, насколько мне плохо. Не сейчас.

Я послушно сажусь на скамью и достаю ручку, беру в руки лист с заданиями.

Влад, против обыкновения, сидит не на задней парте, а впереди. Максимально близко к выходу.

Я могу сколько хочу разглядывать его спину и даже, если передвинуться на самый край скамьи, его красивый аристократический профиль.

И несмотря на все те слова, что он сказал мне внизу, во мне все еще теплится глупая надежда, что он обернется. Посмотрит на меня.

Вдруг ему все же не все равно?

Но он не поворачивается и не смотрит.

Ни разу.

Он пишет сложный тест в два раза быстрее остальных, сдает его, и выходит из аудитории с таким видом, будто ему плевать на всех и на вся.

- Стась, может, сказать преподавателю, что ты плохо себя чувствуешь? – шепчет мне Тина и косится на мой пустой бланк.

- Нет, не стоит, - мотаю я головой и кое-как принимаюсь за задание.

Влад уезжает из колледжа, и мне сразу становится жутко одиноко. Он что же, приезжал только на одну пару?

Я вдруг понимаю, как важно для меня было то, что он просто присутствовал здесь.

Пусть не обращал на меня внимания и даже не смотрел в мою сторону, но находился рядом.

Теперь его нет и стены на меня снова давят. А еще лоб и щеки так сильно горят. Они просто пылают.

Валентина Альбертовна и некоторые другие преподаватели то и дело бросают на меня сочувственные взгляды.

Они явно думают, что я одна из них, брошенных Градовым девушек. На их глазах такое происходило уже ни раз и все, что они могут делать, так это надеяться, что их лучшая ученица быстро оправиться от разочарования первой любви.

- Стась, похоже у тебя температура, поехали домой, – говорит мне Саша и я согласно киваю.