Будь моим первым

Мы стояли и смотрели друг на друга несколько бесконечно долгих секунд, после чего папа пожал плечами и проговорил:

— Я был бы только за, если бы Милаша познакомилась со своей старшей сестрой.

Вскинув бровь, я направилась дальше и через мгновение отец присоединился ко мне, зашагав рядом.

— Не думаю, что это хорошая идея. Твоя вторая семья вряд ли должна пересекаться с первой. Ну, или прошлой. Как нас с мамой лучше называть?

— Вы для меня не в прошлом! — с жаром отозвался папа. — И поэтому я сегодня здесь.

Он указал на скамейку, предлагая присесть. Я не стала отвечать на ремарку отца, но опустилась на деревянный край, ожидая продолжения.

И оно вышло весьма неожиданным.

— Тебе нельзя выходить замуж за Карташова, — сказал отец, устраиваясь рядом.

Меня словно окатили ушатом ледяной воды. Я не ослышалась? Папа говорил, что мне не стоит делать того, к чему он меня сам принудил год назад?

— Не поняла, — нахмурившись, призналась отцу, потому что и впрямь пыталась, но не могла осознать, что вообще творится.

Он поджал губы и помотал головой.

— Пока ничего не могу больше сказать. Просто тяни со свадьбой как можно дольше, об остальном я позабочусь.

Я невесело рассмеялась и покачала головой.

— Ты уже позаботился, не оставив мне выбора в прошлом. И, может для тебя это будет сюрприз, хотя я и думала, что вы с Кириллом настолько дружны, что…

Осекшись, я побарабанила пальцами по скамье. К чему сейчас вновь источать сарказм, если всё уже решено? Что бы там ни говорил отец, обратного пути у меня просто не было.

— В общем, свадьба в следующий четверг, — сообщила отцу и, когда увидела искреннее удивление, проступившее на его лице, испытала нечто вроде удовлетворения. — Приглашаю тебя, раз уж Кирилл ещё этого до сих пор не сделал.

Едва я договорила, как отец вскочил со скамейки и начал метаться передо мной туда и сюда, как будто был раненым зверем, запертым в клетке. Я смотрела за этими передвижениями, хмурясь всё больше по мере осознания, что ни черта не понимаю.

— Тебе нужно избежать этой свадьбы! — наконец, вскричал он так громко, что на нас заозиралась со скамьи, стоящей поодаль, какая-то припозднившаяся пара.

— Да можешь ты объяснить, что происходит? — не выдержала я, тоже повысив голос.

Папа застыл на месте и всмотрелся в моё лицо. Он словно решал, может ли довериться мне и рассказать то, о чём, очевидно, знал. О причинах, по которым мне нельзя было идти замуж за Карташова.