Бубен Костяного принца

- А как он выглядел, тот мога? – спросил Ясень.

- Ты требуешь от меня слишком многого, - Миха покачал головой, - Это было слишком давно. И видел я его совсем недолго. Пришел и ушел, и больше не появлялся.

- Ну хотя бы его оборотень? – не сдавался Ясень.

- Извини, в то время я еще не овладел ни силой первопредка, ни видением.

Ясень какое-то время молчал, переваривая услышанное, а потом решительно поднялся, запахиваясь простыней:

- Миха, ты не думал, что это не простое совпадение? – он прищурил глаза со значением.

- Это ты о чем?

- О том, что неспроста тот мога появился сразу вслед за вестником…

Миха задумался на какое-то время, однако Ясень не в силах дожидаться его умозаключений дал подсказку:

- Ты слышал что-нибудь про Лукавого? А про совет Сорока Восьми? Тоже нет? Слушай, нам надо обязательно посвятить во все князя. Верес в таких вещах – дока!

- Почему нет, - Миха протянул Ясеню берестяную облатку с переговорным устройством, - Река там.

Ясень связался с князем Вересом и передал ему Михин рассказ, а когда закончил, предложил переслать снимок образа с его груди, чтобы князь попробовал его растолковать.

- Я сам не большой мастер по таким штукам, - ответил Верес, - Но, благо, рядом со мной сейчас королева Карина, она в этих вещах разбирается лучше, чем кто бы то, кого я знаю. Так что, считай твоему Михе повезло, пересылай.

- Улыбочку, - шутливо потребовал Ясень у Михи, приготовившись делать снимок, - Как никак сама королева Горностаев будет растолковывать твой рисунок.

- Я надеюсь, ты меня не в полный рост снимать собрался? – Миха торопливо запахнулся полотенцем.

- Я пошутил, только сам образ, - успокоил его Ясень.

Он переслал снимок князю, и они стали ждать. Миха и сам загорелся мыслью получить толкование своего знака, сидел, молча уставившись на переговорное устройство. А когда раздался голос Вереса, весь подобрался готовый внимать."

"- В общем так, - заговорил князь, - Скажи мне Ясень, Миха тоже сейчас меня слушает?

- Да, он здесь рядом, - подтвердил Ясень.

- Тогда слушай меня, Миха, - продолжил Верес, - Тот мога тебя обманул. Это никакой не оберег. Это печать добровольного отказа от личного духовного наследия с передачей прав на него другому лицу.

Негромкие слова князя прозвучали для Михи как гром среди ясного неба.

- Вот те раз, - протянул он ошарашенно, - И что же делать теперь?

- От печати надо избавляться, вне всяких сомнений, - убежденно сообщил князь.