Бубен Костяного принца

И все же Вася чуял, что придется ему нелегко. Во-первых, Макарка оказался прав. Поднятые тянули из живых силу даже с расстояния и распространяли вокруг себя давящую волну, которая проявляла себя навязчивым очень тяжелым унынием. Мужиков корежило неслабо, Вася видел это по их расширенным почерневшим зрачкам и по тому, как пошла у многих из носа кровь. Хорошо еще, дали мужикам прочуять на себе силу нифриловых заклятий и проклятий, а то неизвестно, как бы они сейчас сдюжили под таким давлением.

Во-вторых, Поднятые освоили новый прием. Хоть они и вырастили себе когти под стать медвежьим, но кисти рук у них оставались как у человека. Они хватались за щиты, стараясь вырывать их из рук ополченцев. И вот тут Вася увидел свой существенный промах. Он учил мужиков держать строй и держать щит во что бы то ни стало. И теперь пожинал плоды плохо продуманного обучения. Мужики не отпускали щиты до последнего, и Поднятые вместе со щитами затаскивали их в гущу своей толпы.

- Отпускайте! Морока нифрильная! – кричал Вася, - Отпускайте щит, если не можете удержать!

Он полагал, что Поднятые сюда сунутся и отступят, чтобы предпринять попытку основного прорыва в другом месте, но Макар уже подал ему знак, да он и сам видел, как маячит невдалеке за спинами передовой мертвой пехоты массивная фигура старшака, утыканная стрелами и сочащейся из ран черной жижей. Вожак мертвых, окруженный самыми сильными особями, собирал вокруг себя ударное ядро.

- Там, - закричал Вася, указывая направление, - Акима, ты понял?

Аким кивнул и вскинул арбалет. Вслед за ним развернулись, готовые к стрельбе, братья Цапли. Вася с Макаром едва успели заткнуть дыру в построении, где преображенные Поднятые повалили на землю и тут же растерзали несколько ополченцев. Бобры, Вершок и Короток заняли места спустя лишь мгновение. Теперь они точно знали, где будут прорываться мертвяки.

- Ужимаемся! – заорал Вася, - Ополчение, уплотняем строй!

Согласуясь с ранее разработанной тактикой, ополченцы перестраивались из единой непрерывной и довольно жидкой цепи в несколько плотно сомкнутых отрядов.

Вожак Поднятых, капитан над капитанами, оказался достаточно умен, чтобы понять это.