Бронебойный диалог

– Пойдем, дорогая, – взял проститутку под руку Гумар.

– До свидания, – сказала им вслед Наима и закрыла дверь. Она вспомнила вчерашнюю встречу с бандитами, те тоже были на дорогой машине. Не они ли сбили мальчика? Ведь рванули с места так, что колеса взвизгнули. Сволочи и есть сволочи. Наиме было очень жаль русского мальчика. Ей и в голову не могло прийти, что ее банально обманули.

Выйдя из подъезда, Мара спросила у Сапеева:

– Ты все узнал, что хотел?

– Даже больше. Обычно восточные женщины немногословны, эта же сука любопытной оказалась.

– Да, наговорила она много.

– А ты чего все слезы льешь? Работа закончена, уходим.

– Капли действуют. Надо было меньше капать.

– Валим, Мара, валим.

Дворник проводил подозрительную парочку, отметил, что следом за ними со двора вышел и мужчина, сидевший в беседке. Узбек посмотрел на окна квартиры Грачевых. Увидел Наиму. Та махнула ему рукой, и он улыбнулся. С ней все в порядке, но важного мужчину надо предупредить о подозрительных гостях. Приняв решение, дворник продолжил свою работу.

– Все, Мара, свободна! – сказал на улице Гумар.

– Куда я в таком виде пойду? Довези до вокзала.

– А что, вид у тебя нормальный. Сними платок, распусти волосы, и порядок.

– Да? А слезы? Тушь вот-вот потечет.

– Шайтан бы побрал твои капли. Ладно, довезем до вокзала. И смотри, о том, что была здесь, – забудь. Никому ни слова, поняла?"

"– Эту жалостливую вонючку ждут неприятности?

– Тебе какое до этого дело?

– Так менты будут искать, кто приходил к ней. Соседка же видела.

– Тебя никто не опознает. И бояться нечего, при условии, что сама не проболтаешься. А проболтаешься, то и менты не потребуются, Герман сам с тобой разберется. Его «быки» разделают тебя так, что мама родная в гробу не узнает.

– У меня нет мамы. И папы нет. И вообще никого нет. А болтать лишнее не в моих правилах, иначе уже давно гнила бы в какой-нибудь яме в подмосковном лесу.

– Вот видишь, все ты понимаешь. Давай к машине.

Они прошли к стоявшему у кафе внедорожнику. Вскоре к ним присоединился Талаев.

– Ну что? – с ходу, садясь на заднее сиденье, спросил он.

– Порядок. Об остальном позже. Везем Мару к вокзалу.

– Могла бы и сама добраться, тоже мне, принцесса.

– Помолчи, Довлет!

– А я думал, ты захочешь узнать, не пас ли кто вас во дворе?

– Позже, сказал, пока молчи.

Сапеев повел автомобиль к Кутузовскому проспекту. Высадив Мару у вокзала, он достал сотовый телефон.

– А вот теперь можно и Кабару позвонить.

– Да, Гумар?! – сразу ответил тот.