Брегет хозяина Одессы

Когда Утесов узнал об этом, он тут же пошел в кафе «Фанкони», которое Митька очень любил и часто собирался там со своими людьми. Отсюда они, как говорили у нас, «руководили» всей жизнью Одессы. Леонид Осипович не побоялся зайти в кафе – и правильно: Митька пригласил его к своему столику. Но Утесов отказался от приглашения и рассказал о краже фрака. В ту же минуту раскосые глаза Китайчика гневно сверкнули, и, обращаясь к одному из своих «мальчиков», он прошипел: «Что вы наделали? Вы же лишили человека куска хлеба. Чтобы через полчаса у него был фрак!» Леонид Осипович тут же развернулся, вышел из кафе, сел на извозчика и приехал к театру.

Беспальцев с удовольствием расправлялся с тортом. Давненько он не едал такой вкуснятины.

"– А какая любовь была у Утесова с женой Леночкой! – простонал он. – Ты бы видел эту женщину! До чего мудра! Не скажу, что очень красива – это на любителя. Но, представь, насколько нужно быть умной, чтобы удерживать возле себя мужа – любимца тысяч женщин – целых сорок девять лет! Если бы Леночка не умерла, они справили бы золотую свадьбу.

Геннадий улыбнулся.

– Странно, дядя, – проговорил он с набитым ртом, – что в Одессе еще можно встретить людей, которые видели и Утесова, и Митьку-Китайчика.

Северный театрально закатил глаза:

– О, Гена, это был обаятельнейший человек, образованный, относительно, конечно. Но если учесть, в какой семье он родился… В семье биндюжника. Ты знаешь, что означает это слово?

Беспальцев наморщил лоб:

– Кажется, грузчик на одесском жаргоне. Кажется, их имеет в виду автор песни «Я вам не скажу за всю Одессу».

Дядя Боря щелкнул короткими толстыми пальцами-сосисками:

– О, не совсем. Начну с того, что Одесса – огромный портовый город, а в порт заходят корабли. Товары с них сносили и заносили грузчики. А биндюжники – грузчики рангом выше – на пристани грузили товары на свои большие телеги, в которые были запряжены две лошади-тяжеловоза, обычно породы першерон, сильные и выносливые. Да, у отца Митьки была повозка и лошадь.