Братство Тропы

– Невероятно – выдохнул я, вставая и робко тянясь к черной Манте – Просто невероятно…

Бережно коснувшись чужого устройства, я провел пальцами по холодному покрытию. Чуть помедлив, я осторожно на кнопку разблокировки, что была обязана работать даже без электричества и сработала с характерным «дорогим» щелчком. Черная крышка мягко поднялась, открывая черное же «ребристое» ложе. Ни пылинки…

Кира тем временем изучала белоснежный Скат. Вернее благоговейно касалась мертвой панели управления, осторожно вела пальцами по золотому лиственному узору – так осматривают лишь произведения величайшего искусства или даже святыни.

И этого хватило, чтобы я решительно сказал:

– Все. Уходим отсюда.

Кира меня не услышала. Пришлось повторить:

– Кир! Уходим говорю.

– Да почему? Никого же нет…

– Это мы так думаем – ответил я, подхватывая ее под локоток и тяня к себе – Как говорил один старый ворчливый моряк – дом и рундук всегда должны быть под присмотром.

– Что?

– Ничего. Пошли.

– Секунду!

Вывернувшись, она приподняла край пыльного тента, открывая угол одной из стоящих в углу штук. Я невольно взглянул и… что-то увидел, но вот что именно понять не смог – но похоже на странноватый аквариум. Обхватив упертую паладиншу за талию, я силой вытащил ее из подземной кладовки, не забыв выключить свет и аккуратно прикрыть дверь.

– Рос! Мы же только начали осмотр! Я ведь специально тебя ждала, чтобы мы вместе разгадали эту тайну!

– Для тебя тайна и веселье – а для кого-то личные семейные дела – ответил я – Опомнись, Кирыч.

– Мы же не воруем!

– Тебе понравится? – повторил я.

– Нет, конечно… – тяжело вздохнув, Кира повисла у меня на руке – Эх… но у меня ведь в кладовке нет настоящих легенд Вальдиры… Так бы я может и поняла чужой интерес…

– Сперва спросим разрешения – произнес я – Вечером на кухне?

– Угу.

– Это почему?

– Да, вижу я, как ты подрагиваешь нервно – чмокнув меня в небритую щеку, она рассмеялась – Головой ты уже там – в Вальдире.

– Но сердцем я здесь – с тобой! – поспешно продолжил я и за этот умный ход был поощрен еще одним поцелуем.