Брат ответит

Хотя ни уверенности, ни даже малейшего понимания, что делать дальше, у меня не было. А звонить Паше в Индию становилось все страшнее.

Подписка о невыезде жгла подкладку сумочки, одно воспоминание о колючем взоре Галины Георгиевны вызывало мигрень.

Однако «сидеть тихо», как мне велели на Петровке, я вовсе не собиралась.

Перед тем как войти в нашу комнатуху, я первым делом проверила «маячки». Нитка на дверном косяке оказалась на своем месте, крошечного кусочка пластилина на ручке тоже вроде бы никто не касался.

Я отперла офис и первым делом извлекла из сейфа договор между детективным агентством «Павел» и Федором Евгеньевичем Дорофеевым. Рвать не стала — переложила пока что в сумочку. Нужно сначала под любым предлогом забрать у старшего брата его экземпляр — и тогда уничтожить оба. Когда волей случая ты втянута в дело государственной важности, следов оставлять нельзя."

"Я даже чай пить с дороги не стала. И о том, чтобы поработать пилкой для ногтей (любимое отдохновение!), не подумала.

Мне очень хотелось опередить полицейских и самой найти связь между десятиклассником Леней Симачевым и молодым сомелье Филиппом Долматовым.

Где они могли познакомиться? В Интернете? В спортивном клубе? В психушке, куда школьник ходил на осмотры? Или эти двое просто состояли в одной экстремистской организации?

Судя по словам Галины Георгиевны, СМИ пока что скормили единственного — и мертвого — обвиняемого.

Газеты наверняка послушны. Но что скажет пытливый Интернет? Найду ли я там про Долматова хоть слово — в связи с расстрелом инвалидов?

Я включила компьютер.

— школьных психологов,

— безответственных родителей,

— равнодушных к пациентам психиатров,

— жестоких друг к другу подростков.

Общее мнение сформировалось единодушное. Больной на голову школьник Леня в какой-то момент возомнил себя эдаким сверхчеловеком.

Соученики, соседи и знакомые Леонида дружно описывали его как нелюдимого, надменного и вечно мрачного парня. На свет божий явился и профиль Симачева в социальных сетях. В нем парень вел себя смело.