Брат ответит

— У нас труп, а ты ее домой отпускаешь, — проворчал водитель.

— Я не собираюсь скрываться, — заверила я.

Сейчас, правда, мне очень хотелось зарыться во все одеяла и спрятаться ото всех и вся.

Но я вспомнила мертвое Ольгино лицо. Ее странную эсэмэску. След мужской ноги на мостках. Нет, нельзя откладывать.

И я уверенно предложила:

— Мне нужно пятнадцать минут — принять душ и переодеться. Потом можете подниматься. Квартира пятьдесят восемь.

Соседи (и хозяин жилья), безусловно, будут в восторге.

— Спасибочки, разрешила, — хмыкнул Михалыч.

Джеки Чан улыбнулся:

— Не надо прямо сейчас. Отдохни, приди в себя, отогрейся. А я в девять утра сменюсь и заеду. Только тулуп мой на батарею положи, чтобы высохнуть успел.

— Шустер ты, Нурланчик! — прокомментировал водитель.

У меня после слов Нурлана внизу живота приятно потеплело, грудь налилась.

Ничего себе я развратная женщина! Все забыто: мертвая Ольга, стресс, холод. Паша, которого я обожаю. Федя, кто еще недавно мне очень нравился. Теперь я банально хочу абсолютно незнакомого полицейского! Еще и по имени Нурлан.

«Может, лучше выспаться и часам к трем приехать к ним в райотдел?» — опасливо подумала я.

Однако решила: надо отделаться от местной полиции как можно быстрее. А днем спокойно улететь в Москву. Насильно красавец Джеки Чан — Нурлан ничего со мной не сделает. А сама я буду холодна, словно лед.

* * *Вся моя одежда являла собой мокрый и грязный комок. По счастью, в квартирке имелась стиральная машина и даже емкости порошка, пятновыводителя и ополаскивателя.

Я запустила минимальную по времени программу, но с максимальным количеством оборотов. Потом на полотенцесушитель намотаю — авось успеет высохнуть до полудня. Я все-таки очень хочу убраться отсюда именно сегодня.

Но во что облачиться в настоящий момент? Пока что у меня имелись из сухого только трусы, топик без рукавов и короткие пижамные шорты. А через три часа — сразу после дежурства, в полицейской форме — придет Нурлан. Настоящая получалась завязка фильма для взрослых.

Я взяла с кровати плед.

Повертелась перед зеркалом, пытаясь соорудить из него подобие плаща, желательно максимально кокетливого. Но быстро устыдилась своего занятия, нырнула в постель. Как я могу прихорашиваться? В Москве погибли подростки. Ольга мертва. Причем именно я сделала все, чтобы ее погубить. Опоздала. Не сразу догадалась взглянуть в воду. Потратила время, чтобы вызвать полицию, — хорошо хоть днем увидела на стенде и запомнила номер. А то бы набирала, как в Москве, 112.