Брат ответит

Можете себе представить? Ноги у парня не слушаются, а он по сто, двести, триста раз делает гранд-плие! Причем Оля с ним не церемонилась. У нас строго запрещено, но она его крыла конкретно. И голень подправляла линейкой — довольно болезненно, Ярик морщился. Но терпел. И работал.

— По-моему, подходящая обстановка, чтобы парень потерял голову.

— А по-моему, он к ней просто очень привык. Часто повторял: «Мой брат и Оля». Это был его мир.

— Но почему все-таки Ольга ушла? И куда?

Лейла понизила голос:

— Я не могу выдавать чужие тайны.

— Ярик не надеется, что она вернется. Он просил только видеописьмо. Будет — насколько я теперь понимаю аутистов — просматривать его по сто раз в день.

Учительница подошла ко мне еще ближе:"

"— Антонина Валерьевна очень сердится. Говорит, что Ольга ее подставила. «Артефакт» ведь произвел фурор. Программой реабилитации с помощью балета многие заинтересовались. Англичане обещали приехать, австрийцы. А показывать им теперь нечего.

— Но в чем причина?

— Оля жаловалась, что смертельно устала. Она ведь не дефектолог, медицине не училась, стажировки в специнтернатах не проходила, с больными никогда не работала, в семье у нее аутистов тоже нет. Служила в Главном театре — богема, овации, цветы. А сразу после травмы к нам пришла. Придумала свой проект удивительный. Отдавала ему все силы. Но по пятнадцать часов в день проводить с больными неспециалисту очень тяжело.

— Куда она скрылась?

— Не знаю.

— Знаете. — Добавлять в голос металл я тоже умела.

— Хорошо, могу предположить, — легко сдалась Лейла. — Но… это точно только для Ярика? Вы не скажете Антонине Валерьевне?

— Конечно, нет!

— У Оли был молодой человек.

* * *Отследить дальнейший трафик гражданки Польской я смогла очень быстро. Один звонок участковому (слегка в меня влюбленному) — и я уже знала, что Ольга в открытую, по своему паспорту взяла билет на поезд и отбыла — почему-то, правда, в Санкт-Петербург.