Брат мужа

В итоге Иван выдыхает глухо:

— Ладно… — с видимым усилием отнимает ладонь от моего горла, осматривает меня с ног до головы, от пальцев боязливо поджатых ступней до распахнутых в шоке глаз, — ладно.

После этого он разворачивается и выходит из ванной, оглушительно хлопнув дверью. Вздрагиваю.

Через мгновение вздрагиваю еще раз, когда не менее оглушительно хлопает вторая дверь.

Входная.

Мертвая тишина, наступившая после разрушительного урагана, наваливается тяжелым грузом. Сижу на стиралке, сжавшись в комок и притянув колени к груди, в полном отупении и шоке, смотрю перед собой, не моргая даже и не замечая, как слезы текут.

Я изменила Севе.

Я только что изменила Севе.

Перевожу взгляд на лейку душа, с трудом разгибаю одеревеневшие колени, сползаю на пол.

Покачиваясь, делаю шаг к ванне и, как есть, в футболке, забираюсь внутрь, тянусь к ручке, включаю воду. Теплые струи бьют по голове, обволакивают, делая футболку невероятно тяжелой. Настолько, что не могу удержаться на ногах, сажусь на дно ванны и сжимаюсь там в позе эмбриона, позволяя воде падать сверху, смывая все следы случившегося.

Вода смешивается со слезами, утекает в слив, а я все лежу и лежу, зажмурившись и повторяя про себя, словно заклинание:

— Я изменила Севе… Я изменила Севе…

24

Из ванной я выхожу не скоро, все еще в невероятном стрессе от случившегося. Запахнув махровый халат повыше на груди и избегая смотреть на себя в зеркало, какое-то время с удивлением изучаю сморщившиеся от воды подушечки пальцев.

Ладони ощутимо подрагивают.

В груди застыл мертвым, тяжелым комом невыкричанный шок, настолько сильный, что дышать от него больно, мешает.

А вот голова пустая совсем, ни одной мысли, ни одного осознанного проблеска. Я — словно робот с полностью отформатированной памятью.

Выскальзываю из ванной, тяжко сглатывая и больше всего на свете боясь увидеть Ивана. Я не слышала за шумом воды, возвращался ли он, и теперь тревожно озираюсь.

Но Ивана, слава всем богам, нет."

"И где-то в глубине души искрой вспыхивает надежда: вдруг, и не вернется? Вдруг, мне повезет настолько, и он просто возьмет и пропадет? Навсегда?

В этом случае я смогу притвориться, что все произошедшее — лишь сон, тяжелый, душный, неправильный… И не имеющий ничего общего с реальностью.