Брат мужа

Плохой, хорошей… Этого я не предугадаю. Но определенно новой.

Мы выезжаем со двора, и я, не удержавшись, бросаю взгляд на окна своей квартиры. Они темны, едва светится ночник на кухне. Тускло, печально. Потерянно.

Моя квартира словно оплакивает мое отсутствие, мой побег, смотрит вслед тусклым старушечьим взглядом…

По телу побегает дрожь, и я машинально кутаюсь в пуховик. Ноги голые, надо же, только теперь обращаю на это внимание. Это насколько же я не в себе была, когда выбегала из дома?

Ловлю тяжелый взгляд Ивана на своих голых коленках, замираю, когда он все так же молча тянет ко мне ладонь.

Но Иван просто трогает затворки вентилятора, чтоб теплый воздух направлялся в ноги.

Эта молчаливая забота неожиданно успокаивает. И нет, я не дура, я вполне отдаю себе отчет, на что соглашаюсь, выбегая ночью из дома к чужому мужчине в машину. И я знаю, чем все закончится, что он делать со мной будет.

Но конкретно сейчас я не готова. Я вообще еще основательно не в себе, и мысли в голове судорожными белками скачут.

Мне кажется, что надо начать разговор… И, наверно, мне, да? Я же… Проявила инициативу? Или хотя бы спросить, куда мы едем?

Но голос не слушается, а сердце стучит так сильно, что даже не хватает дыхания, чтоб выдать хотя бы слово.

Мы мчим по ночному городу, вокруг темно, только фонари у дороги немного разбивают весеннюю промозглую мерзость, которая так привычна в средней полосе.

В машине тепло, меня уже не колотит так откровенно, но расслабиться не могу.

И Иван не добавляет спокойствия, по-прежнему молчаливо увозя меня в неизвестном направлении.

Напряжение в машине растет, и я уже на грани того, чтоб передумать, попросить его остановить, сбежать. С каждой минутой происходящее кажется все более неправильным.

Надо сначала с Севой поговорить. Надо все разъяснить… И вообще… Нельзя вот так… От одного брата к другому. Пошлость какая, мерзость… Хотя, я и до этого мерзко поступала, когда позволяла брату мужа делать с собой такие вещи… И здесь меня не оправдывает то, что Сева — лгун и изменщик, как выяснилось.

В этот момент машина останавливается, и я, вынырнув из панических мыслей, с удивлением оглядываюсь по сторонам.

Мы стоим на подземной парковке, похожей на большой паркинг какого-нибудь здоровенного торгового центра.