Брак на пари

Вот Тедди Гарретт, с которым он познакомился в шесть лет в Итоне. Вот Джон Диллон, который вступил в полк одновременно с Колином и скоро стал его ближайшим другом. Вот Джек Морли, о веселом нраве которого и успехе у дам по полку ходили легенды. Вот полковник Браун, которого Колин бесконечно уважал и который в течение трех лет практически заменял ему отца. На какое бы лицо он ни взглянул, оно было ему знакомо. Все они пали. А сам Колин каждый раз отделывался легкими ранениями, но зато болел сердцем и мрачнел духом, пока им полностью не овладело отчаяние.

Вон оно стоит на горизонте, как грозовая туча, вот подходит ближе и опускается на него, заставляя задыхаться от зловония. Отчаяние поглотило Колина, надежда превратилась в издевательство. Колин застонал во сне. Эти резкие, хриплые стоны, полные боли и горя, заглушили шепот волн и свист ветра, проникли через открытую дверь и разбудили Эмму.

Несколько секунд она смотрела в темноту, пытаясь собраться с мыслями: что случилось, какую беду она почувствовала даже в глубоком сне? Опять раздался стон.

Эмма села в постели, пытаясь понять, откуда доносится этот страшный звук.

Поняла она это быстро. Точно такие же звуки она слышала в ночь своей свадьбы. Она быстро выскользнула из постели и босиком побежала к спальне Колина.

Дверь была приоткрыта, и Эмма с бьющимся сердцем переступила порог.

В спальне было совсем темно, и ей пришлось на ощупь добираться до кровати Колина. На маленьком столике рядом с кроватью она нащупала свечку и зажгла ее. Облитый потом Колин лежал на сбитых простынях и мотал головой, непрерывно повторяя сквозь стиснутые зубы: «Нет! Нет!»

Эмму испугало выражение его лица.

Все мускулы на нем словно закаменели, рот полуоткрыт в оскале, лоб изрезан морщинами, как у пожилого человека. «У него такой вид, точно его пытают», — подумала Эмма. Она схватила Колина за плечо, пытаясь стряхнуть сковавший его ужас.

— Колин! — позвала она. — Колин, проснись!

Он вывернулся и откатился к другому краю постели. Эмма залезла на кровать, встала на колени и принялась трясти его изо всех сил.

— Колин! — умоляла она. — Проснись! Все в порядке. У тебя кошмар! Проснись!

Колин содрогнулся всем телом и, буркнув что-то неразборчивое, вскочил и размахнулся, словно отбиваясь от врага. Эмма едва успела уклониться от удара, но при этом потеряла равновесие и ухватилась за Колина, чтобы не упасть на пол.

— Это только сон! — твердила она. — Все в порядке. Тебе приснилось.

Колин затих, но не расслабился.