Брак на пари

— Вы действительно собирались уехать из Англии, даже не поставив меня в известность?

— С какой это стати я должна вас извещать? — отрезала Эмма.

— Значит, решили сбежать за границу, оставив меня отдуваться за двоих?

— Да! — вскричала Эмма. — Вся эта история произошла по вашей вине. Если бы вы не сказали отцу, что готовы жениться на мне…

— Я ничего подобного не говорил.

— Ну, что-то в этом роде вы сказали, — прошипела Эмма. — Если бы вы не вели себя так безответственно.

— Тогда ваш отец не поместил бы в «Морнинг пост» это объявление и не захлопнул бы, таким образом, дверцу западни, — закончил за нее Колин.

Эмма вспыхнула:

— Вот именно!

Слово западня было последней каплей. Ей хотелось кричать от обиды.

Колин жестом признал ее правоту.

— Значит, вы решили удрать? — вновь спросил он.

Эмма отвернулась, прошла к холодному камину и до боли в руках вцепилась в каминную полку.

— Я вовсе не удираю, — проговорила она, наконец, взяв себя в руки. — Я просто возвращаюсь в Европу.

Последнее слово Эмма произнесла дрогнувшим голосом.

— И к чему же вы возвращаетесь?

Она пожала плечами.

— Таррант оставил вам средства для существования? — не унимался Уэрхем.

Эмму захлестнула волна горечи. Этому человеку так легко живется! Он и понятия не имеет, что ей пришлось пережить.

— Эдвард оставил мне в наследство мастерство карточной игры, — ледяным тоном ответила она. — Плюс адреса игорных домов по всей Европе. Так что не извольте за меня беспокоиться — перебьюсь.

Колин живо представил ее в низкопробном игорном доме.

— Нет уж, — проговорил он.

Эмма словно не заметила этих слов.

— Если это все, милорд Сент-Моур, позвольте с вами распрощаться. Мне пора ехать.

— Нет уж, — повторил Колин, в котором сработал инстинкт защиты слабого.

— Что вы сказали?"

"Я этого не допущу, — подумал он. — Чтобы такая великолепная женщина провела остаток своих дней в прокуренных игорных домах, занимаясь тем, что она всем сердцем ненавидит! Сколько ей придется вынести унижений! Нет, нельзя допустить даже такой мысли.

— Неужели у вас нет выбора? — спросил он.

У него самого всегда был выбор, — подумала Эмма. — Он и представить себе не может, что это значит — потерпеть поражение и вернуться туда, где тебя не ждет ничего, кроме горя.

Негодование толкнуло вдруг Эмму на откровение.

— У меня нет ни гроша, я опозорена, от меня отказалась моя семья, — четко проговорила она. — Иного выбора у меня нет.