Ботаники не сдаются

Что есть — сознание Вселенной?

Умка говорит и ее слушают внимательно, а когда она заканчивает, я замечаю, что Крымовой с подругами и след простыл. А Умка, похоже, и думать о них забыла. Это еще одна победа моей девушки, и когда она благодарит всех за внимание и исчезает из аудитории — худенькая и стройная, совершенная для меня, я прощаюсь с друзьями и выхожу следом. Надеюсь, декан с Софией мне простят. А если нет…

Что ж, у нас с Очкастиком свой мир, где работают свои законы физики, и сейчас меня тянет к ней магнитом.

Не знаю, наверно, это так. Даже наверняка так, но, если честно, мне плевать. Мне не нужно понимать суть Вселенной, мне достаточно видеть Умку, держать ее в своих руках, слышать смех, а засыпая, чувствовать рядом тепло и совершенно точно знать «Я хочу».

Я выхожу из аудитории, и она встречает меня. Ждала. Наши магниты настроены друг на друга и мне важно чувствовать: я нужен ей так же сильно, как она мне. Руки Умки обвивают шею, а губы встречаются в поцелуе.

— Кать, ты смерти моей хочешь? Я чуть слюной не подавился. Вот это сюрприз!

— Я это сделала, Ванька! Я переживала жуть! Они ведь меня слушали? То есть, я хотела сказать — слышали?

— Слышали! И не только, но еще и смотрели.

— Ура! Ванька! Я тебя люблю! Очень! Ты, главное, мне подготовиться дай, ладно?

— Ладно, — обещаю. — Только покусаю сначала немного в нежных местах, — рычу не зло, — заслужила! Ну иди же сюда, моя Умочка…

Под утро, когда я всю ночь корплю над рефератом по философии, а брат возвращается домой после прогулки с очередной девчонкой, он застает меня за столом с ноутом и поднимает мои усилия на смех.