Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

Кто бы мог подумать? Шесть лет, а уже: “Ты меня не любишь!”.

— И куда это ты так вырядилась? — осведомился, с удивлением глядя на своё чудо-юдо. Лерку пришлось как обычно приподнять, чтобы она оценила все детали, до самых туфелек.

Платье выбрала экстравагантное, алое! Аки Скарлетт О`Хара перед памятными именинами Эшли Уилкса, чтоб её. На голову повязала траурную, чёрную повязку с ушами, — часть карнавального кошачьего костюма, — волосы при этом завязала в хвост на макушке. Буйство красок обеспечила жёлтенькая кофточка с синими кармашками и брошка с птицей.

И конечно… сандалии прямо на колготки. И плевать, что июль-месяц. Кофта и колготки. Синие. Под кармашки.

— На работу, конечно же, — повела плечиком тиранша, пригладив волосы тугого хвоста. — Не только ты занят, — чуть закатила глаза и мотнула головой.

— Ну да, — кивнул с улыбкой. Мне понравилось, что она в сад готовилась без стандартных: не хочу, не пойду. Видимо, вчерашний день пошёл на пользу.

— Жарковато будет. В колготках-то и кофте. И губы в сад не красят, — вскинул брови, когда мелкая помаду из сумочки выудила.

— В сад? — скривила личико тиранша. — Нет, я в больницу, конечно же. Меня там ждёт пациентка, — таким тоном, что у меня на миг дар речи пропал.

— Лер, — протянул я, уже прикидывая, сколько уйдёт времени на то, чтобы её переубедить.

— Ты сам сказал, что я чуть не испортила жизнь хорошему человеку, — нахмурилась дочь. — А я ей обещала, что не брошу, пока она не выздоровеет. Поэтому я обязана быть с ней! Тем более, она моя дочка!

— Милая, — я смотрел на дочь через зеркало — она отвечала прямым взглядом ослицы.

 — Кристина взрослая девушка. Она понимает, что у нас свои дела. Но мы её навестим, как будет возможность… — я старался донести разумное и веское. Категоричное “ты едешь в сад” оставил на последний аргумент, если ничто другое не сработает.

Поставил дочь на пол и повернул к себе лицом:

— Я не могу…

— Я её не брошу, — упиралась дочь, в глазах мелькнула упрямость.

— Мне некогда… — попытался объяснить.

Лерка закатила глаза и начала опадать. Я успел её подхватить. — Лера?! — приподнял на руки. — Лерочка?.. — меня не на шутку затрясло от ужаса, что у тиранши приступ — отходняк от шока, о котором говорил врач. Если не хуже. А вдруг они что-то пропустили? Недосмотрели.

— Екатерина Сергеевна, — гаркнул нашей любимой кухарке."

"Она у нас с рождения Лерки трудилась, когда Ангелина “вдруг” осознала, что с ребёнком на руках нельзя готовить по технике безопасности.