Босс моего мужа

Оторвавшись от меню, которое изучаю, поднимаю взгляд, и успеваю увидеть, как он неспешно отводит от меня свой. Что не так? Может быть, полагает, что если максимум украшений, что на мне – это золотые серьги и довольно простенькое кольцо, – то лучше бы я и правда ушла?

Впрочем, всерьез задуматься об этом не успеваю. Олег, который не хочет проиграть соперникам, уже тянет меня к дорожке. Деловито выбирает для меня шар, рассказывая, почему именно тот, а не этот. Запускает свой, сбивая почти все кегли, кроме одной.

– Так, – подсказывает, встав у меня за спиной, – сосредоточься, руку не напрягай, смотри только вперед… вот так… это важно… сейчас я тебе помогу… Я хороший игрок, и ты станешь такой же…

В следующую секунду я чувствую, как его рука, прикоснувшись к моему плечу, скользит к пальцам. А сам он прижимается настолько плотно ко мне, что я начинаю чувствовать слишком много, прям слишком.

– Давай! – командует он.

Отодвинуться от него нереально, и мне с трудом удается бросить шар.

– Ничего, – когда я распрямляюсь, утешает Олег меня шепотом. – Уверен, что во второй раз получится лучше. Ты ведь умная девочка. Все поняла из того, что я пояснял?

– Угу, – соглашаюсь. – Только один вопрос непонятен.

– Какой же? – шепчет он с придыханием.

– А каждому хорошему игроку в задницу должен упираться чей-нибудь член?

Он начинает хохотать – сначала беззвучно, просто давясь смехом, а потом уже вслух.

– Недурно.

Отходит к столику, чтобы глотнуть безалкогольного пива. И приглашает жестом присоединиться к себе.

– Макс, – слышу голос Насти, – ну ты бросаешь или так и будешь смущать людей?

Обернувшись, вижу улыбку Макса – неужели услышал? Настя показывает большой палец и весело подмигивает, и я убеждаюсь: угу, услышал, и не один он.

"– Слушай, – говорит учитель боулинга, когда я беру со столика свой коктейль и с удовольствием делаю первый холодный глоток. – А может, и правда? Пойдешь со мной на свидание? На настоящее. Не с целью охомутать неуловимого Макса?

Едва не давлюсь, смотрю на него: а он догадался. Догадался, что это все не всерьез.