Босс моего бывшего

Только что-то внутри шевелится, ледяное и скользкое, как щупальца морского гада.

– Паша, покури пока, – распоряжается Поклонский, и без лишних разговоров водитель покидает салон, аккуратно прикрыв за собой дверцу машины.

Где-то за спиной маячит машина, забитая охранниками, но на них я научилась не обращать внимания. Пусть ездят следом, если Диме по статусу положено, мне до этого нет дела.

– Говори, – Дима трогает меня за щёку, и россыпь мурашек от его прикосновения заставляет поёжиться. – Тебя многое беспокоит, я вижу.

Ты сейчас вроде как в шоке, потому такая восторженная, но я чувствую, что тебя скоро рванёт.

Решаю не тратить время на кокетство:

– Дима, это очень дорого, – взмахиваю рукой в сторону окна, за которым простирается внушительная территория комплекса для избранных.

– Это нормально, – Дима даже бровью не ведёт. – Тебе, что ли, за это платить? Расслабься и воспринимай это как комфортный отпуск.

– В том и дело, что платить не мне, и это очень странно. Такая роскошь…

– К ней быстро привыкают, – усмехается и поддевает пальцами мой подбородок.

Отстегнув ремень безопасности, наклоняется ниже, касается носом моей щеки. Шепчет: – Ты всего этого достойна. Не спорь со мной, у меня нет сил на препирательства.

– Ладно, пусть ты прав. Но всё равно… разве здесь ко мне не будет приковано повышенное внимание? Я же в таком месте, как инородное тело…

– «Золотое яблоко» принадлежит одному очень хорошему человеку. Тут ты будешь в полной безопасности, я тебе гарантирую. Здесь ценят комфорт жильцов, дорожат каждым.

Никаких журналистов здесь нет и не будет, им сюда просто не пробиться.

– Сколько мне здесь прятаться?

– Не прятаться, а жить с комфортом.

– Мне эта идея всё ещё не нравится. Я все деньги верну, только вот цену за проживание узнаю и сразу верну, – бормочу, но Дима кладёт палец мне на губы, заставляет молчать.

– Ещё раз заикнёшься о деньгах, у меня сорвёт планку. Помолчи, Варя, ты иногда несёшь такую чушь.

Только его мягкая улыбка останавливает поток праведного гнева.

Не могу на него сердиться, когда он так распахнут передо мной. Интересно, многим он так открывается? А жене?

Я снова думаю о ней, и жуткое чувство вины затапливает. Как же это всё сложно…

Продолжаю ворочать в голове тяжёлые мысли, пока машина Поклонского не оказывается на внутренней стоянке, и на рефлексию не остаётся времени. Нас встречает милый молодой человек Илья. На нём идеально скроенный костюм, в руках папка, а на лице вежливая улыбка.