Босиком по небу

На мои тихие просьбы помочь с обедом/ужином говорил, что не приучен и максимум, что может - купить пельмени в магазине. Если я денег дам.

Дальше – больше. Олег стал пропадать по несколько дней непонятно где. Но неизменно возвращался ко мне, потому что так удобно: всегда готова какая - никакая еда, бесплатное жилье и чистые вещи.

Почему я не выгнала его? Как сказал мой психолог, после смерти родителей появился психологический страх одиночества. И мне нужен был кто-то, пусть не поддерживающий, пусть плевавший на меня с высокой колокольни, но все-таки чтобы фактически он был.

Двадцать недель беременности. Половина пути пройдена. Не самого простого пути: потому что я была измучена токсикозом, потеряла около четырех килограмм в весе, постоянные недосыпы, потому что я набрала курсовых и дипломов, чтобы из заработанных денег отложить дочке на кроватку и коляску.

Да, мне непросто, но внутри меня живет маленькая жизнь, моя девочка, которую я безумно люблю и с которой я с нетерпением жду встречи. Ради нее я должна свернуть горы, захватить этот мир, лишь бы у нее все было и малышка была счастлива.

Олег не появлялся вот уже почти неделю. Не отвечает на звонки, его друзья не могут сказать, что с ним и где он. Я давно уже знала, что между нами нет любви, а у него ко мне банального уважения, но я максимально абстрагировалась от этого, чтобы не мотать себе нервы и дала себе слово разобраться с этой ситуацией потом.

Что на меня нашло в тот злополучный день, я и сама не знаю. Может, навалилось все разом, может, гормоны «скакнули». У меня нет ответа на этот вопрос. Но я жалею о содеянном и по сей день, во всем случившемся виню себя. Да, безусловно, Олег тоже виноват, но моя вина в том, что я допустила такое его поведение и отношение к себе.

"Время около двух часов ночи. Мне не спится, дочь решила, что сейчас самое время устроить показательные выступления по ча-ча-ча у мамы в животике. И вдруг слышу звук проворачивающегося ключа в двери. Топот. Трехэтажный мат пьяным голосом. Загорается свет. Тяжело вздохнув, я встаю с кровати и иду в коридор. А там картина маслом: пьяный Олег в распахнутой куртке пытается расстегнуть ботинки.

- О, Лилек! Приветик, родная.