Босая для сурового

– Я не разрешал открывать глаз, маленькая обманщица.

– Я хочу смотреть на вас. То есть…на тебя.

– Хорошо. Можно и так. Дай свою руку. Не бойся ничего, девочка. Я не сделаю больно, обещаю.

Осторожно ладонь ему свою протягиваю, и мужчина тут же ее перехватывает, заводя над моей головой и снова накрывая меня поцелуем. Более страстным и напористым, долгим, таким сладким, от которого я чуть ли не стону от удовольствия.

Когда Всеволод проталкивает в мой рот свой язык, творя им что-то невероятное, я не могу сдержаться, и тихонько стону ему в ответ.

– Хватит…Не мучай меня!

В ответ мужчина лишь хрипло смеется, а затем бесцеремонно свою руку опускает туда, куда нельзя! Прямо под мои трусики забирается, и нахально проводит пальцами длинными по промежности, которая уже мокрая стала от возбуждения.

– Что-то не похоже, чтоб я мучил тебя. По-моему, тебе нравится. И даже очень. Сама глянь. Ты мокрая вся стала. Завелась детка.

Отползаю от него, выбираясь из стального захвата. Что-то мои щеки позорно горят.

– Ничего я не завелась, не выдумывайте…

– Ахах, в постели ты что-то не такая дерзкая, как вне ее пределов. Ладно, иди ко мне, девочка. Я хорошо сделаю, сладко, приятно. Тебе понравится, обещаю. Доверься мне. Не бойся.

Мужчина на кровать меня обратно укладывает, действуя уверенно и умело. Он одним движением плавным снимает с меня пижамные шортики вместе с трусиками.

Сглатываю, это как-то слишком быстро…а еще неправильно и страшно.

Как завороженная смотрю, когда мужчина проходится руками крупными по моим ногам, поднимаясь опасно к промежности. Его взгляд при этом опасно загорается, хищным становиться, и я задерживаю дыхание.

– Не бойся. Сегодня только ты получишь удовольствие. Я должен хоть как-то попытаться замолить свой грех. Иди ко мне, девочка.

Всеволод укладывает меня боком на кровать, поддерживая за поясницу.

– Опустись ниже. Расставь ножки. Шире.

– Что ты…будешь делать?

Непонимающе смотрю на него. Пока что все эти премудрости интимной жизни как-то обходили меня стороной, и я вот вообще не знаю, что собирается делать со мной этот взрослый мужчина, который как-то опасно усмехается, видя мое замешательство и страх.

– Я сделаю тебе хорошо. Закрой глаза.