Борель. Золото [сборник]

Антропов зашел к Татьяне Александровне. Он молча достал из бумажника записку.

«Виктор! Прости и помоги! Жду свидания. Ходатайствуй перед Верховным судом, — прочитала Вандаловская. — Я дам ценные показания, только пусть примут мои раскаяния».

— Ну и что же?

— По-человечески жаль, но ничего делать не думаю, — ответил инженер, комкая записку. В его опустошенных глазах Вандаловская увидела непередаваемую грусть. Она поняла, что так могут смотреть только беспредельно влюбленные, но не ждущие ответного чувства.

— До свидания, — сказал он, подавая руку.

Голос инженера прозвучал глухо и скупо, как сухой поцелуй.

На площади ему пересекли путь две пароконные подводы, окруженные конвоем. Подводы увозили подсудимых на станцию.

Инженер посмотрел на рассыпанный звездный город и облегченно вздохнул.

«Кажется, по-новому жизнь начинается», — подумал он.

7

«По-новому ли?»

Эта мысль долго не оставляла Антропова.

В комнатах не было прежнего порядка, они были прокурены. На стенах и в углах, чуть заметные, колыхались паутинки. Теперь Паша приходила через два-три дня, чтобы убрать квартиру. Она ленилась, но инженеру некогда было сделать замечания. В кабинете пахло какой-то кислятиной и сыростью.

Виктор Сергеевич открыл форточку, крепко нажимая на пятки, быстро ходил из угла в угол, каждый раз заглядывая в расколотое зеркало шифоньера.

"Воспоминания о Надежде Васильевне были различны. Сегодня вспомнилось большое, хорошее, особенно последний год перед женитьбой. Наденька, изящная и богатая невеста. Пикники. Сибирские вечеринки на приисках, с пельменями. Тройка с бубенцами. Положение старшего инженера прииска и наследие его в конечном счете.

Антропов отмахивал перед глазами копоть, будто прогоняя мутные мысли.