Большой куш

– И вот это возьми, пригодится, – бывший Окорок протянул коробочку с надписями на «зарубежном», как говорят некоторые интеллектуалы, языке. Поскольку генералу не обязательно владеть зарубежным языком, то Виктор сразу стал распаковывать коробку.

– Что это? – нетерпеливо спросил он.

– «Black Phone», криптосмартфон, – объяснил Георгий. – Разговор по нему шифруется, и перехватить его невозможно.

– Никогда не видел, – заинтригованный Виктор рассматривал симпатичный, довольно увесистый аппарат.

– У вас такие запрещены. Поэтому лучше никому не показывай. Положи в сейф и заряжай раз в месяц. А когда тебе придет знак, чтобы со мной соединился – либо набери номер: он уже вбит, или положи рядом с собой – я сам позвоню.

– А какой знак придет? Почтовый голубь прилетит?

– Зачем? Позвонят по обычному телефону или эсэмэс пришлют. Что-нибудь типа «Жора не может дозвониться»…

– А что он такой тяжелый? – Виктор прикинул черный, с большим экраном аппарат на ладони.

Георгий усмехнулся.

– На пятьдесят грамм всего. Шифровальное оборудование.

Яхта описала плавный полукруг, зашла в марину, капитан мягко подошел к причалу, матрос ловко закрепил швартовый канат за небольшой блестящий, словно никелированный, кнехт.

– Поехали ко мне, – сказал Георгий. – Отдохнем, расслабимся.

– Не могу. Валентина и так пилит мозги, что я оставляю ее одну.

– Тогда ладно, порадуй жену. Поводи ее по магазинам, своди в рестораны.

– Думаешь, у меня денег нет?

– Да ничего я не думаю! Просто небольшой знак внимания твоей жене. А вечером пришлю ей цветы.

– Ладно, дорогой, спасибо!

Расстались они довольные друг другом.

Глава 2. Налет на инкассаторов

По вертикальной лестнице Федор Степанович забрался на восьмиметровую высоту довольно быстро, хотя и с одышкой. Отец поставил голубятню после войны.

Он открыл леток, выпуская на волю восемь пар голубей. Здесь были в основном сизари, несколько почтарей и один турман. Несколько турманов разбились во время своих кувырканий, напоминающих штопор и таких же смертельно опасных, поэтому новых Федор Степанович не заводил. Мясных пород он тоже никогда не держал.