Больше не твоя

Продолжает держать меня на руках. Крепче прижимает к своей широкой груди, держит так, чтобы мне было удобно. Расслабляюсь, кладу голову ему на плечо.

– Спасибо, – шепчу. Тревога отступает. Я в надежных руках."

"– Не за того ты замуж вышла, – произносит печально. – Неужели ты не видишь, кто твой настоящий рыцарь в сияющих доспехах? – подмигивает, превращая свои слова в шутку. Но его глаза не смеются. Макс серьезен, как всегда.

Слабо улыбаюсь. Это Майоров. И он неповторим.

– Опять меня спасать придется, – тихо шепчу.

Вот почему мне на помощь всегда приходит он, а не мой благоверный и ненаглядный муж?

– Да капец! – улыбается Максим, и от его улыбки бабочки в животе начинают кружиться. – Где твоего мужа носит? Почему спасаю я, а не он?

Хотела бы я знать…

– Не смогла до него дозвониться, – поясняю печально. – Он трубку не берет.

– Козел, – беззлобно заявляет Максим бросая на меня встревоженный взгляд. – Пофиг. Пойдем ко мне!

– К тебе? – удивляюсь. – Я не в том состоянии, чтобы по гостям расхаживать.

– Ты в том состоянии, чтобы в бессознанке на асфальте валяться, – констатирует факт. – Так?

Да он издевается надо мной! Но ожидаемой волны возмущения не следует. Я просто продолжаю удобно лежать у него на руках.

Максим забирает у меня сумочку, вешает себе на плечо и несет в огромный бизнес-центр, что расположен напротив здания, где я работаю.

Он беспрепятственно минует охрану, заходит в лифт, держа меня на руках, нажимает кнопку нужного этажа. В спину нам летят шепотки и любопытные взгляды.

Но мне так плохо сейчас, что без помощи Майорова я не справлюсь.

Металлические створки смыкаются, кабина приходит в движение. С бешеной скоростью поднимает нас.

– Ты как? – на этот раз без тени юмора и сарказма спрашивает Максим. Хочу встать на ноги, но он не позволяет. Так и держит на руках.

– Со мной все нормально, – отвечаю тихо, голова продолжает покоиться на его плече.

– Я вижу, – произносит с печальной усмешкой. – Пойдем. Попробуем привести тебя в чувство.

Медленно начинаю приходить в себя. Тошнота отступает, головокружение проходит. Остается лишь слабость, и очень хочется пить.

Выходим из лифта, Максим останавливается в просторном холле.

– Можешь сама идти? – уточняет. Взгляд серьезный, внимательно всматривается мне в глаза.

– Давай попробуем, – предлагаю.

– Только без геройства, – подчеркивает.