Большие люди

— То-то же… А теперь марш на место!

Что удивительно, Моня послушно уходит с кухни.

— Вот видишь, — Григорий снова стоит перед ней. — Вот вечно со мной так. Я даже сказать, что люблю, не могу нормально, меня в этот момент собака за ногу кусает. Но это не отменяет того факта, что я тебя люблю. Очень. А ты… ты любишь меня, Лютик?

А вот дальше все наконец-то идет по классическому сценарию, где после признания в любви и предложения руки и сердца девушка бросается мужчине на шею, шепчет ""да"" ему на ухо и даже плачет.

____________

— Люсь, я правильно понял, что нас на час одних оставили?

— Да. Сериал до десяти двадцати идет.

— Отлично! — берет ее за руку. — Показывай свою комнату.

— Гриша! — до нее не сразу, но доходит. — Ты что… ты собрался… здесь… у нас дома?!

— Ага, — он подходит к входной двери и поворачивает внутреннюю защелку. Монти, строго:- Охраняй!

— Гриша!

— Не спорь со мной, женщина.

_________________

— По-моему, она нас двоих не выдержит.

— Так, может быть, и не стоит?..

Он садится на кровать, она жалобно скрипит под ним.

— Точно не выдержит, — игнорируя ее последний вопрос и стаскивая с кровати одеяло вместе с покрывалом.

— Гриша, ты сошел с ума!

— И кто в этом виноват? Но не переживай, — он улыбается ей. Он улыбается редко, и именно в этот момент она понимает, почему. Когда он улыбается, отказать ему невозможно, — я позволю тебе быть сверху.

________________

— Господи, Люська, как я дошел до такой жизни…

— До какой это такой? — расслабленным шепотом ему в шею, сейчас слишком хорошо, чтобы думать о чем-то.

— Мне осенью тридцать шесть исполнится, — он медленно перебирает ее волосы. — Уже седина на висках. Я директор и владелец собственного бизнеса, на меня не одна сотня человек работает. А я лежу тут голый на полу…

— И кто виноват? — как-то очень по-девичьи хихикнула Люся.

— А я не жалуюсь.

— И правильно. Слушай, Гриш… — нерешительным тоном произносит она, найдя на полу его руку и переплетя пальцы. — А ты же сегодня… ну… без…

— Людмила Михайловна, ты ведь взрослая женщина и медицинский работник к тому же. Почему ты не можешь выговорить это слово — презерватив?

— Я могу! Но ты же… без него… да?

— Да. Знаешь, начало дня как-то не предвещало, что он закончится вот так. Я не подготовился.