Больше не игрушка

Спустя неделю Алекс вручил мне мой же паспорт уже со штампом о браке и сказал, что за меня он не только долг простил, но ещё и доплатил. Вот так я и стала игрушкой. Без прав, без собственного мнения, просто красивым аксессуаром для выходов в свет, ну и как грелка в постели тоже сгодилась со временем.

– Как это со временем? – удивлённо переспросила Ирина.

– Ну... месяца три он меня не трогал, – прошептала смущённо.

– А потом изнасиловал?

– Нет, ему это без надобности, – моё лицо окончательно приобрело насыщенный красный цвет и, пока собеседница не задала ещё какой-нибудь провокационный вопрос, я сменила тему: – В общем, осознав, что сил так жить не осталось, я решила сбежать.

Задумчиво побарабанив ногтями по столешнице, Ирина прищурившись спросила:

– Я правильно поняла? К сексу муж тебя не принуждал? Бил?

– Нет!

– Как-то наказывал?

– Нет!

– Денег не давал? Из дома не выпускал?

– Да нет же! Карточка безлимитная, а из дома... Выпускал, но только с охраной.

– Что с его положением очень разумно.

Ну вот, я же говорила, что никто меня не поймёт! С чего вдруг решила, что женщина с моим лицом поддержит моё мнение? Она не я, не знает, каково быть постоянно одной. Без друзей и подруг. Когда вместо любимого мужа у тебя лишь глыба льда, которую ты едва знаешь. Мне иногда казалось, что я скоро и говорить-то разучусь, ибо не с кем!

– Ладно, не дуйся, – улыбнулась девушка примирительно. – Давай так, я сейчас схожу в дамскую комнату, а потом мы вместе подумаем, как тебе помочь?

Не дожидаясь ответа, она удалилась, а я.

Вскочив с места, сняла белоснежное демисезонное пальто, сдёрнула бежевую курточку, висевшую на спинке стула моей новой знакомой, и быстро надела её на себя. Достав из своей сумки оформленную на кухарку сберкарту, положила её в карман, застегнув на молнию, и схватила со столика сумочку Ирины.

Покинув кафе, с облегчением обнаружила, что телохранителей в холле нет и пошла ко второму выходу из торгового центра. Оказавшись на улице, глубоко втянула прохладный воздух, неожиданно показавшийся мне непривычно сладким. Так вот как пахнет свобода!

Обойдя здание, покосилась на центральный вход, с удивлением отметив странное оживление возле крыльца. Но непонятная паника, суета и крики не интересовали, надо убираться отсюда, пока меня никто не узнал.