Большая игра

— Да нет, они ждали меня!

— Тебя, Элизабет? Ты что, тоже воровка?

Элизабет еле сдержалась, чтобы на месте не придушить Лилу. «Ну и дела, — подумала она, — как же я забыла предупредить Джессику, чтобы она держалась подальше от магазина. Что она не воровка, в этом я уверена».

— Лила, кончай ломать комедию и послушай меня внимательно. Мне все известно.

Лила отвернулась и начала нервно теребить салфетку.

— Что тебе известно?

— Я видела, как ты однажды украла браслет.

— Какой браслет?

— Лила, может быть, хватит? Это ты воровала из магазина.

— Элизабет Уэйкфилд, как ты можешь так говорить?

— Не притворяйся, Лила.

Лила предприняла отчаянную попытку принять вид оскорбленного достоинства:

— Мой отец богаче всех в городе. Он в состоянии купить мне любую вещь, даже послать меня на учебу в Париж. Да я…

— Оставим это, Лила, я же сказала, что видела тебя.

— Правда видела?

— Да, как ты уходила с украденным браслетом. И ты дарила вещи Джессике: платок, сережки, и я не знаю, что там еще.

Лила разрыдалась.

Самая богатая девушка в Ласковой Долине полностью потеряла самообладание и спрятала лицо в ладонях:

— О, Лиз, как мне стыдно.

— Но зачем, зачем ты это делала?

— Я даже не знаю.

— Разве отец не купил бы тебе всего этого?

— В том-то и дело, что да, но только и всего.

— Что значит «только и всего»?

Лила утерла слезы, бросила взгляд по сторонам и, когда она снова заговорила, в ее голосе звучала обида, которую раньше Элизабет никогда не слышала.

— Какие счастливые вы с Джессикой.

Ваш отец так о вас заботится. И ваша мама тоже. Они не жалеют времени на вас. Моя мама спокойненько уехала после развода, а отца я почти не вижу. Это только считается, что мы живем в одном доме. Он всегда слишком занят. То он уехал в Нью-Йорк, то в Париж, то в Японию, то работает допоздна.

— Лила, он просто очень занятый человек.

— Да, конечно, но когда я играла Пипин в школьном театре год назад, разве он пришел посмотреть? Я капитан волейбольной команды, но он никогда не видел меня во время игры.

— И ты, Лила, начала воровать, чтобы привлечь его внимание?

— Не знаю, может быть и так. Но теперь я ни за что на свете не хочу, чтобы он узнал об этом. Ты должна вытащить меня из этой истории, Лиз.

Элизабет осталось только покачать головой. Ну почему всегда обращаются к ней, когда становится туго?

— Почему я, Лила? Я не могу взмахнуть волшебной палочкой и все исправить.

— Потому, Лиз, что я верю только тебе. Ты никому не проболтаешься об этом.