Боксер, Пашка, я и космический отщепенец

- Мама, рукав вот там, а это дырка в капюшон для шеи!

- Низшая, глупый! Слушать мальчик!

- Нет, мам, сначала маску, потом капюшон...

- Ботинки! Низшая!

- А ну молчать! - заорала я и резко выпрямилась. - Низшая! Мам! Тоже мне умники. Сама оденусь. Все мозги вынули.

Кагараши презрительно поджал губы, развернулся и исчез за дверью, куда ранее ушел Сишати.

- Не кричи на него, мам. Он же высокий. Ему, наверное, в детстве доставалось.

- И все-то ты знаешь! - рассердилась я не на шутку.

- Не все. Не нервничай.

Это вредно.

Я сжала челюсти. Рассудительный ребенок. Вырастила на свою голову!

Ребенок оказался не только рассудительным, но и несказанно внимательным, поскольку смог спокойно открыть дверь, набрав определенную последовательность оттенков. Сзади жалобно заскулил Адольф. Пашка обернулся.

- Дольф! Будь мужчиной, ты остаешься за главного и отвечаешь за Машу, - сейчас я слышала его голос где-то в глубине своей одежды.

Нарашека, все время нашего переодевания возлежащая на полу по центру маленького помещения, подняла уши и взглянула на цветик.

- Скорее уж пусть Маша следит за Адольфом, - тихо прошептала я. Зверек перевела локаторы в мою сторону.

- Мам, не порть Дольфу репутацию, - серьезно нахмурился Пашка.

- По-моему, он и без меня с этой задачей справляется на ура.

- Это не важно. Важно верить в человека, и тогда человек поверит в себя."

"Кажется, очередная мудрость, почерпнутая цветиком из голливудского блокбастера. Мы шагнули с ним за порог и оказались в прозрачном длинном мягком узком коридорчике со ступенями до земли.

- Ого. Прям как те кресла, - Пашка с благоговением провел по мутновато-прозрачной стене ладонью в перчатке, пальцы которой смешно топырились в разные стороны на его маленькой ручке. Внизу стоял хмурый Кагараши, каждый шаг приближал нас к нему. Он дождался пока мы спустимся, мягко прикоснулся к стене в месте окончания ступеней и коридор открылся. Сильный порыв ветра ворвался внутрь и сбил нас с Пашкой с ног. Я попыталась подняться.

Однако с каждым новым порывом попытки проваливались. Врач молча помог сначала мне, и как только убедился, что я противостою лоб в лоб неуправляемой стихии, наклонился к сынке, взяв его под локти, поставил на ноги впереди, обнял одной рукой, прижав к себе, и уже не отпускал. На спине Кагараши нес продолговатый вытянутый рюкзак. Вереницей мы выползли наружу. Я едва не грохнулась снова. И на этот раз ураган, бушующий на этой планете, был не причем.