Бояться, но делать. Руководство по управлению страхом от спецназовца

Мы потрясаем автоматами. Если бы дело происходило в фильме про ковбоев, мы начали бы стрелять в землю прямо у их ног. Только вот это не фильм, а мы едва ли тянем на Джона Уэйна[4]. Но мы не шутим, и афганцы это знают. Если мы станем стрелять, то целиться будем не в землю.

Они перестают наступать. Потом начинают пятиться.

Пока эффект от нашей бравады не прошел, мы второпях поднимаемся по склону оврага, садимся в грузовик и несемся обратно в лагерь. И пока мы трясемся по ухабистой дороге, наш бешеный пульс замедляется и приходит в норму.

Именно это нас и спасло.

Вы в своей жизни уже делали нечто подобное. Я в этом уверен. В противном случае вы сейчас не читали бы эту книгу.

Скорее всего, вам не доводилось встречать толпу вооруженных до зубов солдат армии противника на вражеской земле. Но в какой-то момент вашей жизни вы точно оказывались лицом к лицу с людьми, которые представляли для вас реальную угрозу, или попадали в опасные ситуации. С этим сталкивался каждый. Это одно из непременных условий человеческого существования.

В вашей жизни были моменты, когда страх заставлял вас мобилизовать все ресурсы, задействовать скрытые источники организма или способности, о существовании которых вы и не подозревали. В то же время были, несомненно, ситуации, в которых страх заставлял вас отступить, пойти на попятную. Как я и говорил, все это условия человеческого существования.

Перед тем как вы станете читать дальше, я хочу, чтобы вы на минутку задумались, вспомнили о событиях, которые иллюстрируют оба варианта воздействия страха.

Когда страх гнал вас вперед.

И когда страх тянул вас на дно.

Вспомнили? Хорошо. А теперь настало время сформулировать важнейшую истину: все эти битвы – и победы, и поражения – происходили у вас в сознании.

Возможно, вы обратили внимание на одну занятную особенность нашей афганской истории. Мы так и не сделали ни единого выстрела. Не нанесли ни единого удара. Мы были «морскими котиками», нас специально учили искусству стрельбы, и мы были готовы драться с каким угодно соперником.

Мы использовали только один вид оружия – управление страхом.