Ад

— Какая помощь тебе нужна? Какое понимание? Тебе мало того, что мы с матерью с пониманием относимся ко всем твоим похождениям, к тому, что ты являешься домой среди ночи, не предупредив заранее, где ты и когда придешь, мы с пониманием относимся к тому, что ты волен в выборе знакомств, и не запрещаем тебе общаться со всякими сомнительными личностями, мы не талдычим тебе с утра до вечера о том, что играть в карты на деньги — это плохо и опасно, это не доведет тебя до добра, мы не пропиливаем тебе мозги насчет того, чтобы ты занимался нормальным чистым бизнесом и честно платил налоги.

— Ладно, убедил, — покладисто согласился Николаша, — понимания мне достаточно. А вот помощь не помешала бы.

— Какая именно? Денежная?

Родислав шел вперед, не останавливаясь, и разговаривал с сыном через плечо.

— Ну да, само собой. Если бы вы могли подкинуть мне тысяч пять «зелени»…

— Коля, опомнись, — Родислав остановился посреди лестничного пролета и повернулся к сыну, нависая над ним. — У нас нет таких денег, и тебе это отлично известно. Откуда мы, по-твоему, должны их взять? Машину продать?

— Вы же можете одолжить.

— У кого, позволь спросить?

— У Аэллы, у нее точно есть, она в деньгах купается уже много лет.

— Ну, допустим. И как ты собираешься эти деньги отдавать?

— Да как все отдают! Прокручусь, заработаю. Да выиграю, в конце концов!

— Или проиграешь. Колька, ты вот насчет понимания что-то там такое говорил, так вот имей в виду: я тебя очень хорошо понимаю. Потому что я тебя очень хорошо знаю. Ни в какое дело ты эти деньги не пустишь, ты начнешь на них играть, и здесь результат никак не может быть гарантирован.

— Пап, да не парься ты, Аэлла и Бегорский — свои люди, уж они-то точно с пониманием отнесутся к тому, что вы вовремя долг не отдадите, и не будут на вас наезжать, они же приличные люди, не бандиты какие-нибудь.