Ад

Она любила эти двадцать-тридцать минут покоя, свободного от бытовых хлопот, когда впереди — сладкий сон рядом с распахнутым настежь окном, а над головой темное глубокое небо, в которое можно пошептать, пожаловаться, поплакать, поделиться радостью и которое все примет в себя и надежно скроет.

Послышались шаги, рядом с ней на ступеньку присел Василий.

— Любовь Николаевна, ничего, если я покурю?

— Конечно. А ты разве куришь? — удивилась она. — Я не заметила.

— Так я весь день терпел, — негромко рассмеялся он.

— Ах вот в чем дело! А я-то подумала было, что Лариса курить бросила.

— Пока нет, но я над этим работаю, — очень серьезно заявил Василий.

— Но это же лицемерие, — возразила Люба. — Ты куришь, а ей нельзя? Тогда уж оба бросайте.

— Мне можно, потому что я мужчина. А Ларке еще рожать.

— Кого? — испугалась Люба.

— Кого бог пошлет, — безмятежно улыбнулся Василий.

— Погоди, — Люба не на шутку разволновалась, — так Лариса что, беременна?

— А она вам не сказала? Уже четыре недели. Так что у меня теперь две задачи: не дать ей сделать аборт с дурна ума и заставить выйти за меня замуж. Вы мне поможете, Любовь Николаевна? Я на вас очень рассчитываю, я же вижу, как Ларка вас любит и уважает, ваше слово для нее закон.

— Стоп, стоп, — Люба помотала головой, — не все сразу. Почему речь идет об аборте? Ты же сам сказал, что Лариса хочет дочку.

— Сказал, — согласился Василий, закуривая вторую сигарету. — Но у нее в голове сумбур. То она соглашается выйти за меня и родить, то вдруг начинает сомневаться и говорит, что и замуж за меня не пойдет, и рожать не будет, аборт сделает. У нее семь пятниц на неделе, никогда не знаешь, чего она в следующий момент удумает.

«Это верно, — подумала Люба. — Встречалась с одним парнем, потом подвернулся случай — переспала с другим, забеременела, аборт делать не стала, хотя тысячи девушек на ее месте сделали бы, даже не сомневаясь, родила неизвестно от кого, живя с парализованной бабкой и отцом-алкоголиком. В этом вся Лариса».

— Чем смогу — помогу, — пообещала она. — И вообще, Вася, ты имей в виду: Лариса для нас почти как дочь, мы ее с десяти лет опекали, пока ее отец срок отбывал.