Близость

Я делаю небольшой глоток, пока супруг живо рассказывает какую-то историю из прошлого в нашем родном клубе, обнимает меня одной рукой. Я же представляю, как Королева-Москва задирает голову и будто шепчет мне:

Да, детка. Я настолько великолепна, что во мне даже коктейли - супер. Наслаждайся!

Она игриво подмигивает мне и походкой от бедра следует далее по залу, будто проверяет свои владения.

Я же неожиданно вздрагиваю, когда Дамир начинает активно жестикулировать, а потом громко смеяться с остальными.

Черт, зависла.

"- Не могу не спросить, простите! - перебивает всеобщее веселье Самира и смотрит на нас, - Знаю-знаю-знаю, что ты пока не привыкла, тебе нужно больше времени, но…нам всем дико интересно! Как вы познакомились?

Я издаю тихий смешок и смотрю на Дамира.

- Расскажешь?

- Нет, давай сама, - он с гордостью откидывается на диванчик, как бы уступая мне место главного оратора, и я пару раз киваю.

- Мы познакомились, когда Дамир перевелся к нам в гимназию из другой школы.

Глаза Самиры загораются неподдельным интересом. Она двигается ближе, подложив руку под голову, да и остальные тоже, кажется, внимают каждому моему слову.

Немного неловко, но я отбрасываю эти ощущения в сторону вместе с коктейлем, облокачиваюсь спиной на грудь Дамира и улыбаюсь.

- Он мне сразу понравился, но по-другому было просто невозможно. Дамир играл в футбол с ранних лет и уже тогда был выше всех в классе, а еще у него была самая очаровательная улыбка. Я не смогла устоять.

- И как вы начали встречаться?

- Самира…

- Чш!

Ее пытаются одернуть, но любопытство берет верх, а я в ответ только смеюсь. Мне не жалко рассказать. Это никакая не тайна.

- Дамир ухаживал за мной, а потом признался в чувствах на школьной дискотеке.

- О боже! как романтично! - запищала девушка, - Так и слышу какие-нибудь «Белые розы» в своей голове! И сколько вам было?

Вот на этот вопрос почему-то отвечать не хочется.

Я не знаю почему.

Ловлю ступор, думаю обернуться на Дамира и уточнить, можно ли рассказывать это? Но он делает это за меня.

- Катюхе было тринадцать, а мне четырнадцать.

Вся компания замирает, как один. Мое предчувствие, что все-таки стоило эту часть истории опустить - растет. Я не знаю почему, но у меня просто возникает ощущение, что здесь никто не сочтет этот очаровательный факт таковым.

Они не оценят. Так, в целом, и происходит.

Как только первая волна шока уходит, Золотов подается вперед и издает смешок.